Шеп встретился со мной взглядом:
— Спасибо.
Я опустила глаза. Это было слишком. Он открылся мне, показал себя настоящего — и это заставило меня захотеть выложить перед ним все свои тайны. Но я не могла. Просто не могла.
Я уставилась на тарелку, начала вертеть чипс в пальцах. Шеп двинулся, и я заметила, как он откусил сэндвич. Его стон удовольствия пронесся по моему телу, разбудив все, что во мне спало. Я непроизвольно посмотрела на его губы.
— Черт возьми, Колючка. Это лучшее, что я когда-либо ел. А в моей семье, между прочим, куча отменных поваров.
Щеки вспыхнули — не от смущения, а от радости. Я так давно не готовила для кого-то. Раньше я делала это почти каждую неделю для Никки. Устраивала званые ужины, где друзья набивались в мою маленькую квартиру… Пока все они не отвернулись.
Я отогнала эти мысли. Лучше сосредоточиться на настоящем. На том, как Шепу нравится мое творение.
— Я люблю придумывать рецепты. Это как игра. Беру, что есть под рукой, в теплице, и начинаю колдовать.
Шеп повернулся в сторону теплицы, присвистнул:
— Да у тебя тут целая лаборатория.
— Я всегда обожала покупать продукты на фермерских рынках, но в Спэрроу-Фоллс впервые решила сама вырастить что-то кроме базилика.
Он приоткрыл сэндвич, изучая начинку:
— Руккола — твоя?
— Да. И чеснок для айоли. И лук.
Шеп покачал головой:
— У мамы тоже есть грядка, но твоя все перекрывает. Она бы обомлела.
Я вцепилась в бутылку. Одного Шепа в моем мире уже было многовато. А чужой человек, пусть даже его мама… Это слишком.
— Колючка, — сказал он. Я сразу посмотрела на него. — Я не собирался приглашать ее на коктейли и икру. Просто сказал, что она бы оценила, потому что я видел, как она гордится своим садом и это даже близко не то, что у тебя.
Я перевела взгляд на Лося — он валялся на спине и гонялся за травинками.
— Прости.
— Тебе не за что извиняться. Это твой дом. И только ты устанавливаешь правила.
Опять защипало глаза. Слезы наворачивались от стыда и разочарования в самой себе. Я не хотела быть такой. Но не знала, как иначе.
Шеп накрыл мою ладонь своей. Это прикосновение было таким простым… и таким мощным. За последние два года меня касались только Саттон и Роудс. И это — было совсем другим.
Я почувствовала мозолистую кожу его ладони на своей. Его тепло. Словно солнечный свет, переданный прикосновением. Я резко подняла голову и встретилась с его взглядом, полным понимания и доброты.
— Мы все делаем то, что нужно, чтобы выжить, — сказал он. — Я никогда не буду тебя судить за то, что тебе нужно, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Я смотрела в эти янтарные глаза и знала: он говорит правду. И впервые за два года я пожалела, что мне вообще нужны были стены и системы защиты. Потому что, как бы ни было страшно… я хотела впустить его внутрь.
14
шеп
Энсон взглянул на старый фермерский дом и присвистнул:
— Ну ты и замахнулся на этот проект.
— Не так уж и плохо. У Роудс ее викторианский дом был куда хуже, — возразил я.
Он покачал головой и обошел к дому сбоку:
— Может, и так, но этот больше. А нас тут, в основном, всего двое.
Если бы я мог поставить сюда полноценную бригаду, работа пошла бы куда быстрее. Но у нас было слишком много других объектов, и как владелец Colson Construction я обязан был принимать решения, выгодные для всей компании. Я не мог задерживать чужой проект только потому, что хотел больше рабочих на своем — особенно когда речь шла, например, о доме моей сестры.
Лучшее, что я мог сделать, — это утащить к себе Энсона. И даже этого было достаточно. Потому что мой друг работал на совесть, и его внимание к деталям было на высоте. Наверное, это профайлер в нем сказывался. После работы в ФБР и погружений в головы маньяков он научился замечать даже малейшие детали. На стройке это качество особенно ценилось.
— Зато чем больше дом, тем дороже я его продам, — пробормотал я. Но как только слова сорвались с языка, я сам в них засомневался. В этом доме было что-то особенное. Что-то в его старых стенах отзывалось во мне. А тишина и красота вокруг успокаивали.
— Справедливо, — сказал Энсон, окидывая взглядом фасад. — Получил официальное предложение на свой Craftsman?
Я кивнул:
— Даже выше заявленной цены. Сделку закрываем на следующей неделе. Дженни выбила им отсрочку на въезд на две недели. Должно хватить, чтобы я успел найти, где жить.
— Удачи тебе, — проворчал Энсон. — Туристический сезон в самом разгаре, и каждый год все дольше тянется.