Слезы капали с ее подбородка на колени, обтянутые комбинезоном.
— Он меня не бил.
— Если ты думаешь, что это не насилие, потому что он не поднимал руку, то ты глубоко ошибаешься. Он изолировал тебя, отрезал от поддержки. Лишал сна, оскорблял. И, уверен, это еще не все.
Ее взгляд скользнул в сторону. Блядь. Все было еще хуже.
— Тебе не обязательно рассказывать все, — добавил я. Как бы мне ни хотелось знать, я не собирался превращаться в монстра, с которым она жила раньше. Пусть сама решит, что и когда говорить. — Но если захочешь — я здесь. И всегда буду рядом.
— Я оставалась с ним слишком долго, — прошептала Тея. — Даже сейчас не могу объяснить. Словно медленно теряла разум. Я была так вымотана, в панике, что не могла принимать разумные решения.
Я протянул руку, переплетая пальцы с ее.
— Но ты больше не с ним.
Она покачала головой:
— Нет. Не с ним.
— Ты скрываешься от него.
Это не был вопрос. Но Тея все равно кивнула.
— Никки мне помогла. У нее брат — бухгалтер. Мы оформили доверительный фонд, за которым я могла спрятаться. Именно он купил этот дом, оплачивает ипотеку и страховку на машину. Все остальное я оплачиваю наличкой. У меня нет ни телефона, ни компьютера — ничего, что можно отследить.
— Есть способы безопасно пользоваться этими вещами. Надежные...
— Нет. — Голос Теи пронесся сквозь пространство между нами, как пощечина. — Ты его не знаешь. У него связи повсюду. Люди готовы прыгать перед ним на задних лапках, лишь бы угодить. И он помешан на технике. Сам научился взламывать электронную почту и чужие системы.
У меня в животе сжался холодный ком. Я знал другого такого человека. Сайлас. Психопат, который охотился на Роудса и Энсона. Блядь. Мне нужно поговорить с Энсоном. Понять, что он думает, и как нам защитить Тею.
— Хорошо, — сказал я, сжимая ее пальцы. — Никакой техники.
Чуть-чуть напряжение в теле Теи ослабло.
— С тех пор, как ты сюда переехала, он не выходил на связь? — спросил я.
Она покачала головой:
— Нет. Ни разу. Но в той статье, из-за которой я так разволновалась, говорилось, что он снимается примерно в часе езды отсюда.
Мои зубы сжались. Слишком близко. И, к сожалению, слишком уж заманчиво. Не так уж сложно узнать, где именно он, и нанести визит этому ублюдку.
— Он тебя не найдет. А даже если найдет — у тебя есть люди рядом. Ты сильнее. Ты знаешь правду.
Тея всхлипнула:
— Ты не знаешь, на что он способен. Что он может разрушить.
И тогда я увидел это. Настоящий страх в ее глазах. Она была по-настоящему напугана.
— Он не сможет. Обещаю.
Она ничего не ответила. Потому что не верила. Но я это изменю. Я докажу ей, что был прав. Но не сейчас. Сейчас она устала. Лицо побледнело, глаза обведены красным.
— Пойдешь со мной кое-куда? — спросил я.
Ее брови нахмурились, недоверие отразилось на лице:
— Куда?
Ну конечно. Ей нужны все факты.
— Будет веселее, если ты не будешь знать заранее.
Тея задумалась на мгновение.
— Доверяешь мне? — спросил я. Это был главный вопрос. Вчера она уже доверилась мне, но теперь все стало иначе.
Ее взгляд встретился с моим, и она шумно втянула воздух:
— Я тебе доверяю.
И это был самый лучший, самый чертовски драгоценный дар на свете.
21
Тея
Я смотрела в окно грузовика Шепа, на поля, простиравшиеся вокруг нас. За ними начинались леса, а затем — горы. Колышущаяся от ветра трава успокаивала.
Я позволила себе погрузиться в это ощущение, пока Шеп вел машину. Он не задавал вопросов, не торопил. Он вообще ничего не говорил. Просто был рядом, как будто понимал, что мне нужно это молчание, чтобы прийти в себя. Голова гудела от легкой боли, глаза так жгло, что я вынула линзы.
Но это было неважно. Шеп теперь знал, кто я такая. Прятаться больше не имело смысла. Да и видеть я без них могла лучше. Они были вполне удобны, но иногда искажали изображение. А теперь все было ясно, как никогда.
Вся эта величественная красота — Касл-Рок и горы Монарх. Холмы, плавно переходящие в склоны, ведущие к горам. Мне никогда не надоест смотреть на это. Такой контраст с вечными пробками Лос-Анджелеса.
Шеп включил поворотник, хотя на дороге, насколько хватало взгляда, больше не было ни одной машины. Уголки моих губ дрогнули. Настоящий законопослушный парень. Хороший до мозга костей.
Мы ехали по гравийной дороге минут пять, пока не подъехали к воротам, которые выглядели совсем новыми. Шеп опустил стекло и набрал код на панели. Через секунду ворота распахнулись.