Она покачала головой:
— Выпечка — это лучшее. Когда я одна на кухне и кругом тишина. Словно мир замирает.
— Я рада, что тебе это нравится, но, может, тебе бы хватило два утра в неделю?
Саттон рассмеялась:
— Со временем. Но пока — нет. Это должна быть я.
Я кивнула, хотя мне это не нравилось. Но правда в том, что я не знала, как у нее с деньгами. У меня было ощущение, что она во многом себе отказывает, лишь бы Лука имел все, что ему нужно. Но дела у пекарни шли отлично, так что, возможно, скоро все изменится.
— Ну что ж, — начала она, перебирая в пальцах кухонное полотенце. — Как тебе Шеп в роли помощника на участке?
Одно только его имя и все мое тело будто включили. Это уже должно было быть огромным красным флагом. Но я не могла себя остановить.
Я сглотнула, пытаясь избавиться от сухости в горле:
— Все... хорошо.
Саттон вопросительно приподняла бровь, не сказав ни слова. Самое материнское из выражений.
— Думаю, мы... друзья.
Она тяжело вздохнула, с ноткой разочарования:
— Тея, с таким мужчиной, как он, друзьями не остаются.
Теперь моя очередь была приподнять бровь:
— Ты осталась.
Саттон покачала головой:
— Это другое. Я — «закрыта на реконструкцию».
Я никогда не пыталась выспросить у нее, почему она переехала в Спэрроу-Фоллс или есть ли у Луки отец. Я не спрашивала, потому что не хотела, чтобы она задавала вопросы мне. Может, это делало меня плохой подругой. Но я в последнее время все равно нарушала все свои правила. Так что одним больше, одним меньше...
— Почему? Ты умная, смешная, красивая до неприличия. Я знаю как минимум пару парней, которые тебя приглашали на свидание.
На глаза Саттон набежала тень:
— Был у меня один... Он стал человеком, которого я не узнавала. Нужно время, чтобы я снова захотела вернуться в ту воду.
Я долго смотрела на нее, прежде чем собрать всю смелость:
— Я знаю, каково это. Ты чувствуешь себя сумасшедшей.
В ее взгляде отразилось сочувствие:
— Ты начинаешь смотреть на каждую минуту с ним по-новому. И все либо ложь, либо боль.
— Прости, — тихо сказала я.
Саттон выпрямилась:
— А я — нет. Это изменило меня. Но теперь я мне больше нравлюсь. Я нашла свою силу. Стою на своих ногах. Забочусь о себе и о сыне. И это, черт возьми, приятно.
Я улыбнулась. Она была права. Я никогда не поблагодарю судьбу за то, через что прошла. Но это помогло мне понять, что действительно важно. Сделало меня более чуткой к чужой боли.
— Ты — королева пекарни и супермама, — сказала я.
Саттон широко улыбнулась:
— Да, я такая. А ты тогда — мой верный помощник?
Я расхохоталась:
— Только если мне полагается крутая накидка.
— Договорились, — кивнула она.
Зазвенел колокольчик над дверью, и я обернулась, быстро оглядев почти пустую пекарню. Мой взгляд остановился на знакомом лице. Я невольно всмотрелась — нет ли синяков. Ни на лице, ни на руках.
Я тепло улыбнулась:
— Привет, Райна. Рада тебя видеть.
Ее губы дрогнули в неуверенной улыбке:
— И я тебя.
— Что тебе сегодня? — Обычно она приходила во время утреннего ажиотажа, но ее не было уже несколько недель.
— Мне, пожалуйста, салат с курицей и с яйцом. С собой.
— Конечно. — Я пробила заказ на планшете и озвучила сумму.
— Я передам Уолтеру, — сказала Саттон и ушла на кухню.
— Как ты? — спросила я, пока Райна прикладывала карту к терминалу.
Ее глаза резко метнулись ко мне — в них мелькнуло удивление. Мы не особо болтали. Она всегда была тихой, а я — не из тех, кто легко идет на разговор. Но сегодня я была смелее. Саттон напомнила мне, как я изменилась благодаря пережитому. Я не собиралась растрачивать эти дары зря. А что бы ни происходило с Рассом — Райне нужен был друг.
Она сглотнула и аккуратно убрала карту в кошелек:
— Хорошо. Очень занята. — Ее глаза снова поднялись на меня. — Прости за тот день в офисе. Просто... Расс... он не особо терпелив. И Шеп ему... не особо по душе.
Мне хотелось фыркнуть, но я сдержалась. Расс был не просто нетерпелив — в его отношении к Шепу была почти ненависть. Но я этого не сказала. Вместо этого подбирала слова осторожно:
— Когда поведение партнера выходит за грань, мы часто начинаем думать, что дело в нас. Но, поверь, это не так.
Глаза Райны расширились. Она открыла рот, потом закрыла. Повторила это несколько раз — но слов так и не вышло.
— Я тоже там была, — прошептала я. — Если тебе вдруг понадобится поговорить. Или просто безопасное место — я всегда рядом.