Я провел пальцем по переднему карману ее шорт:
— Если ты хочешь меня — для меня это будет значить только одно. Что мне чертовски повезло. И что я благодарен. Ладно, два.
Ее светло-зеленые глаза снова нашли мои:
— Ты не думаешь, что это… странно?
— Ни хрена, — отрезал я. — Так же, как и то, что я в восторге от твоей книги. Правда, не уверен, что готов на ролевые игры в килте, но все остальное? Горячо.
Уголок ее губ дернулся:
— Думаю, в килте ты бы смотрелся неплохо.
Я рассмеялся:
— Ради тебя я на многое готов. Но килт — это уже за гранью.
— Зато удобен в доступе…
Господи. Мой член снова начинал вставать. Я притянул Тею к себе, откинул с ее лица прядь волос.
— Хочешь попробовать это со мной?
Дыхание Теи сбилось, но она кивнула.
По телу прошла волна облегчения.
— Отлично. Потому что я тоже этого хочу. Я хочу тебя. Но думаю, нам стоит двигаться медленно.
Я заметил разочарование на ее лице — и, черт подери, мне даже это понравилось.
— Ты прошла через слишком многое. Понадобится время, чтобы вытравить из головы те лживые голоса. Но мы справимся. Один за другим.
— Иногда мне просто хочется быть нормальной. Не чувствовать, будто внутри все перевернуто. Я ведь сбежала… но до сих пор не чувствую себя свободной.
Я никогда в жизни не чувствовал в себе такую ярость, как сейчас. Это было не просто желание — это была жгучая, почти животная потребность уничтожить того, кто довел Тею до такого состояния. Но даже этого было бы недостаточно. Как наказать того, кто отравил чей-то разум, заставил жить в страхе? Я не знал, существует ли вообще адекватная расплата.
— Мы обязательно придем к этому, — прошептал я и легко коснулся ее губ своими. — Ты не одна.
Ее глаза блестели от сдерживаемых слез, а свет закатного солнца превращал зелень ее взгляда в драгоценный камень.
— Я долгое время чувствовала себя одинокой, — сказала она.
Я наклонился и прижался лицом к ее шее:
— Я знаю. Но теперь ты больше не одна.
— Шеп… — прошептала она.
В тот же момент где-то совсем рядом раздался звук шин по гравию. Я резко поднял голову.
— Ты кого-то ждешь?
Тея покачала головой, лицо побледнело.
— Останься здесь, — зарычал я.
Половина меня надеялась, что это сам Брендан, гребаный Бозман. Я бы прикончил его до того, как он успел бы моргнуть.
30
Тея
— Шеп, подожди, — прошипела я, но он и не думал останавливаться. А по тому, как он уверенно обогнул угол дома, становилось ясно: кто бы там ни стоял — ему явно не обрадуется.
Я задержала дыхание и бросилась следом, выдыхая только тогда, когда услышала голос Роудс. Быстро вытерла лицо, убеждаясь, что ни одной слезы не осталось.
— Почему ты так на меня смотришь? Ты же сам — Мистер Анти-Цвет, — заявила она.
— Мистер Анти-Цвет? — переспросил Шеп, в голосе звучало раздражение.
Я обогнула дом как раз вовремя, чтобы увидеть, как Роудс указывает на своего парня:
— Ну да. Терпеть не может ничего, кроме черного и серого. Общается в основном ворчанием и недовольными взглядами.
— Безрассудная, — проворчал Энсон, сделав шаг к ней. Но в этом прозвище явно звучала и ласка.
Роудс закатила глаза:
— Разве я соврала хоть в чем-то?
Он обнял ее и чуть прикусил нижнюю губу:
— Веди себя хорошо, а то будут последствия.
Глаза Роудс сузились:
— А если я хочу этих последствий?
Шеп издал мучительный звук:
— Господи, пусть это прекратится. И вообще, что вы тут делаете? Телефон, может, слышали о таком?
Роудс показала ему язык:
— Мы пришли тебя похитить. Ужин и живая музыка в Sagebrush. Никаких отговорок. Нам всем нужно немного веселья. — Она посмотрела на меня, и в ее взгляде сквозила мольба. — Только не говори «нет». Кай с Фэллон тоже будут.
Я почувствовала, как во мне зашевелилось беспокойство. И тут же Шеп подошел ко мне и обнял за плечи.
— У нас тут были свои планы.
Я приложила ладонь к его животу, ощущая, как под ней напряглись мышцы:
— Все нормально. Мы можем пойти.
Шеп посмотрел на меня сверху вниз:
— Мы не обязаны.
— Я хочу.
Он долго вглядывался в меня, пытаясь понять, правда ли это. Но это была правда. Пришло время. Время жить. Я не боролась за свободу, чтобы потом все равно сидеть в клетке, даже если она без замков. Я не позволю Брендану и дальше держать меня на цепи.
Я обернулась к Роудс и увидела, что ее взгляд прикован к моей руке на животе Шепа. Она улыбалась так, будто я только что сообщила ей, что она выиграла в лотерею.