— У тебя есть DVD-плеер, — сказал Шеп, глядя на устройство, когда я перешла из кухни в гостиную.
Вопроса в его голосе не было, но я все равно посмотрела на него, ставя миску с попкорном на кофейный столик. Котята весело носились в своем вольере, а Лось развалился на когтеточке и смотрел в окно.
— Смотреть DVD без плеера было бы затруднительно.
Шеп с недоумением и уважением уставился на коробку с фильмом Рокки:
— Кто вообще сейчас смотрит диски?
Я рассмеялась:
— Кто-то, у кого дома нет интернета.
Он покачал головой и вставил диск в проигрыватель:
— Когда в новом доме появится интернет, я познакомлю тебя со всеми культовыми стримингами. Начнем с Йеллоустоуна. — Он опустился на диван, как будто делал это сотню раз раньше.
Я села на другой конец и укрылась пледом. Пока Шеп здесь, я могу оставить окна приоткрытыми, впуская ночной прохладный воздух. Но дело было не только в этом. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Впервые за много лет. Это было по-настоящему красиво.
— У меня все классика, — возразила я, показывая на маленький стеллаж с дисками. Я собирала их по скидкам и в магазинах вроде Goodwill, постоянно пополняя коллекцию.
Шеп схватил мою ногу в носке и начал массировать свод стопы:
— Уважаю твою любовь к Рокки.
Я едва не застонала, когда он нащупал особенно чувствительное место:
— А кто не любит Рокки?
Он усмехнулся:
— Мы с братьями в детстве часто смотрели, но сестрам не особо нравилось. Хотя Арден, наверное, сейчас оценила бы.
Я нахмурилась.
— Она занялась джиу-джитсу, когда была подростком, — пояснил он. — Сейчас тренируется с Каем. Рокки — в ее духе.
— Впечатляет, — призналась я. Мне всегда хотелось пройти курсы самообороны, но так и не получилось.
Пальцы Шепа замерли.
— В зале, где тренируется Кай, есть курсы для новичков и ежемесячные семинары по женской самообороне.
— У тебя с чтением мыслей все становится страшновато, Шепард.
Что-то изменилось в его выражении — тепло, нежность... и огонь.
— Никогда не любил полное имя. Пока не услышал, как ты его произносишь.
У меня пересохло во рту. Я поерзала на месте:
— О.
Один уголок его губ дернулся:
— Ага.
— У тебя красивое имя, — честно сказала я.
— Красивое, значит? — с легким весельем переспросил он.
Я показала ему язык:
— Думаю, ты переживешь, если про тебя хоть что-то назовут красивым. Мужское начало в безопасности.
В янтарных глазах Шепа вспыхнула озорная искра:
— Ах ты язва.
И он резко рванул вперед. Цель — мои бока. Пальцы защекотали. Я завизжала от смеха и попыталась увернуться. Но Шеп не знал пощады.
— Шеп! — закричала я.
— Скажи еще раз, какое мое имя красивое.
Я выдернула подушку из-за спины и стукнула его.
— Все, ты доигралась, — зарычал он.
Он схватил мои запястья и прижал их к подушке над головой, нависнув надо мной:
— Сдаешься?
Смех застыл на губах. Он был так близко. Я почти ощущала его вкус в воздухе между нами. Его тепло пробирало до костей. Он буквально нависал и я хотела, чтобы он сделал больше, чем просто навис.
Я хотела почувствовать его всем телом. Узнать, каково это — когда Шеп прижимается ко мне. Когда вся эта сила, все эти мускулы... двигаются внутри меня. Я хотела утонуть в нем.
Голова сама потянулась вверх, как на ниточках желания и жажды. Глаза Шепа вспыхнули. Я преодолела оставшееся расстояние, мои губы нашли его. Его язык ворвался внутрь. Жадный, требовательный.
Шеп провел бедром между моих ног. Я выгнулась навстречу и стоны сами вырвались наружу. Услышав это, он резко отпрянул.
Ни тени желания или веселья в его лице не осталось.
— Блядь. Прости, Тея. Я не подумал.
Я заморгала, голова шла кругом от резкой перемены.
— За что ты извиняешься?
Шеп провел рукой по лицу:
— Последнее, что тебе нужно — это чтобы кто-то хватал тебя и наваливался сверху после всего, что с тобой было.
Все во мне замерло. Внутри меня разлился холод. После всего, что со мной было. Меня накрыла волна печали и разочарования, пока я смотрела на мужчину, в которого влюблялась. Который, возможно, навсегда будет видеть во мне только жертву.
— Я не слабая, — прошептала я.
Шеп вздрогнул, будто я ударила его:
— Я знаю. Но это не значит, что я не должен учитывать твой опыт.
Горячие слезы подступили, но я не позволила им выйти:
— Я не хочу, чтобы ты относился ко мне иначе из-за этого.
Шеп протянул руку, сжал мою ладонь:
— Просто... я думаю, нам стоит идти медленно.