— Ты не согласен, — произнес Трейс. Это был не вопрос, но Энсон все равно ответил.
— Не укладывается в тот профиль, который я составлял. Расс любит видеть последствия своих действий. Ему нужно быть рядом. Он еще и импульсивен до крайности. А на это письмо потребовалось время — сделать снимок, распечатать, подбросить в почтовый ящик The Mix Up.
Меня снова затошнило, и я вцепилась в ладонь Шепа.
Трейс перевел взгляд с меня на Шепа:
— Есть кто-то еще, кого мне стоит проверить?
Шеп посмотрел на меня, дожидаясь. Он бы дал мне столько времени, сколько нужно. Это был его способ отдать контроль мне. А я знала, как тяжело ему дается подобная неопределенность.
Слюна скапливалась во рту, а слова — нет. С чего начать? Глаза жгло, живот скручивало от тревоги. Потому что всегда есть страх, что тебе не поверят. Что и Трейс не поверит.
Я закрыла глаза, пытаясь собраться. Все, что я могла — сказать правду. Я не могла контролировать, что с ней сделают другие. Но, может, хотя бы сам факт ее произнесения сделает меня сильнее. Я сделала шаг. Начала:
— Я раньше встречалась с Брэнданом Бозманом.
Дальше все выливалось из меня урывками. Я возвращалась назад, чтобы объяснить, добавляла детали, которые забыла. Это не было гладким рассказом, временами путаным. Но Трейс не перебивал, задавал вопросы только тогда, когда это действительно было необходимо.
Саттон вытирала молча текущие слезы. Пальцы ее побелели, сжимая чашку. Мне было больно видеть, как она переживает, но одновременно это было и даром — знать, что ей не все равно.
Энсон молчал. Наблюдал. В своей особенной манере, когда он соединял пазлы. Тянул за ниточки, которых я даже не видела. И не хотела. Потому что его дар имел свою цену.
— Так что я просто... живу здесь, — закончила я. — Подальше от всех. Пользуюсь вторым именем, ничего не выкладываю в интернет. Ни следа, ни намека.
Шеп наклонился, коснувшись губами моего виска:
— Такая, блин, смелая.
Трейс молчал долго. В какой-то момент он начал делать записи на блокноте, который ему передал Энсон. Страниц было уже не сосчитать. Наконец его темно-зеленые глаза встретились с моими.
— Мне жаль, что с тобой это случилось, Тея. Эти слова — ничто по сравнению с тем, что ты пережила, но это все, что я могу сказать.
По телу прошла волна облегчения. Как будто после дня под палящим солнцем тебя, наконец, окатил прохладный воздух кондиционера. Или как будто ты нырнул в реку после долгого лежания на берегу.
Я сглотнула, пытаясь избавиться от комка в горле. Перед глазами всё поплыло:
— Ты мне веришь?
Пальцы Шепа вздрогнули в моей ладони.
— Я тебе верю, Тея, — сказал Трейс, в его голосе слышалась боль. — И сделаю все, что смогу.
Я вдохнула через нос, чтобы сдержать слезы:
— Но, мне кажется, ничего делать нельзя. Любое движение приведет Брэндана ко мне.
— Тогда я прямо сейчас погуглю, как нанимают киллера, — отрезала Саттон. — И он больше тебя никогда не найдет.
На лице Трейса мелькнула тень улыбки:
— Сделаю вид, что не слышал.
— Все равно, — огрызнулась Саттон. — Когда это дело дойдет до присяжных, они увидят, что я сделала доброе дело — избавила мир от мрази.
— Аминь, — пробормотал Энсон.
Трейс тяжело вздохнул и сжал переносицу.
— Сначала посмотрим, что можно сделать через суд.
Шеп продолжал гладить меня по руке. Шершавые мозолистые пальцы скользили по коже, и от каждого движения я чувствовала себя чуть спокойнее. Он был рядом. Все еще со мной.
— Я думал насчет охранного ордера, — сказал он. — Но тогда будет раскрыто местоположение Теи. А с контактами Бозмана нам вряд ли удастся получить постоянный ордер.
Вот в чем дело с могущественными людьми: к ним не применяются те же законы, что к остальным. Они могли подстроить любую систему под себя. И какая бы команда юристов у Брэндана ни была — они меня раздавят.
На лице Трейса дернулась мышца.
— Может, он и звезда в Голливуде, но это тебе не Лос-Анджелес.
— Это не важно, — тихо сказала я. — Ты его не знаешь. Не знаешь, насколько он убедителен. Не просто так он в каждом списке номинантов. Он умеет использовать свои актерские навыки. И добился с их помощью успеха. Разве что использовал их, чтобы разрушить мою жизнь.
Трейс положил предплечья на стол и подался вперед:
— Я не поверю ему. Обещаю. И если понадобится, мы найдем судью, который встанет на нашу сторону. Но сейчас я хочу провести пару осторожных запросов. — Он откинулся на спинку стула и перевёл взгляд на Энсона. — В деле?
— Уже кое-что копаю, — спокойно ответил Энсон.