- Понятно, -спокойно сказал Регнер, -я замотался и не вывел его сегодня на прогулку.
- Понятно, -тихо ответила я.
-Раз мы уже здесь, давай прогуляемся, пока он не набегается, -предложил Регнер указывая на тропинку в сторону.
-Хорошо.
Мы повернули в глубь парка. Регнер подстроился под мой шаг, и мы не спеша шли рядом, и слышны были только наши шаги…, а мое сердце стучало с каждым шагом все быстрее. Я понимала, что последними словами могла не просто разозлить Регнера, но и обидеть. И не знала как начать разговор, так и шли молча. Наши руки изредка касались друг друга.
Мне вспомнились слова учителя о доверии, первом шаге, и я, смотря себе под ноги, сказала:
-Прости, я не хотела тебя обидеть или разозлить…
-Ты тоже прости, что сразу разозлился, не выслушав до конца.
Его ладонь нашла мою, взяв по крепче, и мое сердце на миг пропустило удар. Я ответила ему, сжав его ладонь.
Не знаю как для него, но для меня – это был первый шаг…
Мы не стали больше ни о чем говорить, так прогулявшись, мы поднялись наверх и пожелав друг другу спокойно ночи, наконец разжали наши ладони. На душе почему-то стало спокойно и сон пришел ко мне сегодня быстро, забирая в свои объятия…
***
Следующий день я, как и положено больному, соблюдала постельный режим, кушала все что принесёт Рори, пила исцеляющее зелье, и читала литературу, которую принес учитель, по моей просьбе. Я хотела помочь хотя бы с переводами и изучением текстов.
К вечеру в комнату постучали, и вошла Леди Девер, а скорее вплыла. Она шла как будто статуэтку двигают по столу, без малейшего колебания в стороны. При виде нее я отложила литературу и предложив ей сесть в кресле, сама устроилась на кушетке на против.
-Я полагаю, что о моей осведомленности ваших брачных меток, ты знаешь, -и после моего согласного кивка, продолжила, – я не буду лицемерить или устраивать истерики. Да, я не предполагала, что у моего внука будет такая избранница. Я солгу если скажу, что не переживаю за нашу родовую магию, и что с ней будет дальше.
Я не громко вздохнула, понимая, о чем она говорит. Ведь я пока еще человек, и если магия не пробудиться, то им и останусь. А если и пробудиться, то еще не известно унаследует ли ребенок их родовую магию, и в какой силе… я все это понимала, и чувствовала себя виноватой.
-Простите Леди Девер. Если бы я знала, что так может получиться, я бы не поставила на первое место - снятие родового блока, чтобы обрести магию, его настоящему счастью с тем, кто был бы для него лучше.
- Увидев вас вчера ночью вместе в парке, я бы не сказала, что он не счастлив, -ответила Леди Девер. -Для меня в первую очередь будет важна не магия, а счастье моего внука.
От ее слов я очень удивилась, не столько что нас видели вчера гуляющими за ручки, сколько - маг, говорит, что магия для него не самое важное.
-Представь, что в этом мы можем быть похожи, -сказала Леди Девер, одарив меня сдержанной улыбкой, а затем с грустью в голосе продолжила, -надеюсь, то чудо, которое вас объединило, не будет единственным.
И пока я осмысливала ее слова, она, пожелав мне скорейшего выздоровления, покинула мою комнату, так же грациозно, как и вошла.
В таком немного задумчивом состоянии, меня застал Регнер, он пришел первый раз за сегодня, загруженный делами.
-Что обдумываешь? -спросил он присев напротив.
-Слова Леди Девер, -так же спокойно ответила я.
-И что она сказала? -Регнер немного напрягся, или мне показалось.
-Что желает счастья своему внуку, – я встала с места, не желая пересказывать наш разговор.
-Понятно, -сказал Регнер задумавшись, а затем спросил, -как твое самочувствие?
-Мне лучше, но проверить на сколько не могу, если только устроить забег по комнате, – сказала я, рисуя рукой невидимый круг.
-Хорошо. Если лучше, можем прогуляться перед ужином, чтобы Дазар опять не устроил ночную прогулку.
Услышав слово «прогуляться» Дазара тут же, подошел и сел у двери, не сводя с нам нетерпеливого взгляда.
-Если у тебя много дел, я могу сама погулять его, буду идти аккуратно и спокойно, -заверила Регнера, начиная собираться. Я уже утром одела шелковую рубашку изумрудного цвета, и длинную струящуюся в пол черную юбку, надо было накинуть что-нибудь сверху, к вечеру ветер становился прохладней.