— Лучше бы вам нигде не курить, — сказала она. — От табака бывает рак легких.
— Вот уж не повод для беспокойства, — возразил Омпракаш. — Этот город, где все так дорого, сожрет нас живыми.
— Что я слышу? Ты наконец заговорил?
Ишвар рассмеялся.
— Он открывает рот, только если не согласен, как я и говорил.
— А вопрос денег легко решается, — сказала Дина. — Работайте хорошо и получите их достаточно.
— Но не у вас, — пробормотал Омпракаш.
— Что ты сказал?
— Ничего, ничего, — заторопился Ишвар. — Это он мне. У него болит голова.
Дина предложила Омпракашу выпить аспирин, но тот отказался. Голос его звучал уже громче.
— А работу вам далеко отвозить? — спросил он.
— Не очень, — ответила Дина. — Дорога занимает около часу. — Ей было приятно, что он старается загладить свои слова.
— Если что, мы можем помочь донести платья. Только дайте нам знать.
«Как мило с его стороны», — подумала Дина.
— А как называется фирма, куда вы отвозите платья?
От радости, что закончилось угрюмое молчание портного, Дина чуть не выпалила название фирмы, но вовремя придержала язык, притворившись, что не расслышала вопроса. Омпракаш повторил его.
— К чему мне название, — сказала она. — Меня интересует только работа.
— И правильно, — согласился Ишвар. — Нас тоже только работа интересует.
Племянник бросил на него сердитый взгляд. Через некоторое время он продолжил расспросы. Она что, работает на одну фирму или на несколько? Платят ей комиссионные, или она на твердой ставке?
Ишвар смутился.
— Меньше разговоров, Омпракаш, и больше работы.
С тех пор Дина следила за молчаливым племянником. Она поняла, куда он клонит, и теперь тщательно проверяла, чтобы на тканях из «Оревуар экспортс» не было никаких «говорящих» лейблов и этикеток. Счета она держала под замком в шкафу. В отношении портных ее оптимизм дал трещину. Она понимала, что дорога становится ухабистой.
Даржи жили далеко и полностью зависели от расписания железной дороги. И все же Дина всякий раз, когда портные задерживались, не сомневалась, что ее бросили ради более выгодной работы. Чтобы скрыть свой страх, она прятала радость при их появлении под маской недовольства.
За сутки до дня получки Даржи объявились только в десять часов.
— Несчастный случай на дороге — поезд задержали, — объяснил Ишвар. — Какой-то бедняк опять бросился на рельсы.
— Что-то частенько это происходит, — добавил Омпракаш.
Неприятный запах пустых желудков выплывал наружу в форме слов. Дину не интересовали их оправдания. Чем скорее они сядут за швейные машины, тем лучше.
Но ее молчание могло быть истолковано как слабость, поэтому она сухо произнесла:
— Правительство объявило, что во время чрезвычайного положения поезда будут ходить по расписанию. Странно, что ваш поезд опоздал.
— Если б правительство выполняло свои обещания, боги спустились бы на землю и украсили их всех гирляндами, — сказал Ишвар, посмеиваясь и примиряюще кивая головой.
Его миролюбие развеселило Дину. Она улыбнулась, и у Ишвара отлегло от сердца. Сам он считал, что глупо рисковать устойчивым заработком: им с Омпракашем повезло, что они работают у Дины Далал.
Портные выдвинули табуреты, заправили новые катушки и стали шить. Небо заволокло тучами, приближался дождь. Мрак с улицы проник и в заднюю комнату. Омпракаш намекнул, что лампочка в сорок ватт маловата.
— Если я превышу ежемесячную квоту, у меня отключат счетчик, — объяснила Дина. — И мы окажемся в полной темноте.
Ишвар предложил перенести швейные машины в гостиную — там светлее.
— Тоже нельзя. Машины увидят с улицы, и домовладелец взбунтуется. Устраивать производство на дому противозаконно — даже если работают всего двое. Он и так цепляется ко мне при всяком удобном случае.
Портные, сами изрядно пострадавшие от домовладельцев, могли это понять. Все утро мужчины работали без перерыва, предвкушая время обеда. Они с утра ничего не ели, и в животах у них бурчало.
— Сегодня возьму двойной чай, — сказал Омпракаш. — И буду макать туда сдобную булочку.
— Не отвлекайся! Следи за машиной! — посоветовал племяннику Ишвар. — А то вместо двойного чая, у тебя будут двойные пальцы. — Мужчины то и дело поглядывали на часы. Когда наступил час освобождения, их ноги тут же оставили педали и нащупали сандалии.
— Подождите, не уходите, — сказала Дина. — Работа срочная, а вы сегодня опоздали. Менеджер будет недоволен задержкой. — Ее волновало, успеют ли они к сроку. А что, если портные и завтра опоздают? «Прояви твердость», — напомнила она себе.