Жаркий сухой воздух терзал ее нос изнутри с каждым вдохом, кожа потрескалась, как земля под их ногами. Из ее носа уже несколько раз шла кровь и засыхала, и в это время она не могла ощущать ничего, даже противный запах Сайласа.
Вокруг них царила мертвая тишина. Казалось, только у ветра есть голос, и он не прекращал говорить. Каждый порыв воздуха нес песчинки, жаля им губы и уши. Он выл по ночам, сдувал вершины дюн и собирал новые, и когда они просыпались, пейзаж менялся.
Им приходилось упрямо отправляться на рассвете… готовясь к жаркому и душному миру еще раз.
— Не так все и плохо, — сказал Джейк. Он, должно быть, видел, сколько безумных мыслей мелькает в ее глазах, так что решил разобраться с их проблемами. — Посмотрим… ах! — он согнулся рядом с ней, уперев руки в колени. — Ты всегда можешь слетать на разведку, а мы Сайласом тебя подождем.
Килэй пыталась улыбнуться, но от этого натягивалась сухая кожа губ.
— Не могу, Джейк. Не осталось сил на полет.
Мясо кончилось, и все быстро летело под откос. Теперь ее драконья половина голодала.
Приходилось тратить много сил, чтобы устраивать им стеклянное убежище каждую ночь. И потом мир кружился. Ее голод был больше боли или урчания в животе — прошлой ночью она чуть не упала в обморок.
Если она полетит, то может упасть с неба. Кто тогда поможет Джеку и Сайласу? Нет… ей нужно было приберечь силы. Можно было найти умный способ решения проблемы.
Килэй посмотрела на север… она надеялась, что это север. В пустыне солнце проводило на небе ужасно много часов. Оно охотно забиралось наверх каждый день, а потом замирало, словно перышки облаков держали его там в заложниках. Проходило несколько часов, пока солнце висело над их головами, не позволяя ориентироваться. А потом оно высвобождалось и неслось к горизонту так же быстро, как поднималось.
— Пора двигаться к пути барона. Не знаю, как много ночей огня у нас осталось.
— Это касается нас обоих, — пробормотал Джейк. Его мрачная улыбка выглядывала из-за спутанной бороды. — Если мы не поедим, не найдем твердую землю, мы…
Его прервал вопль, который Килэй тут же узнала. Она повернулась к Сайласу.
Он копал, пока они говорили. Песок покрывал его нос и шерсть, но работа стоила усилий: в зубах он держал тощего зайца. Он указывал передними лапами на землю и качал головой на яму, что выкопал.
Килэй не требовался перевод.
Она прыгнула в яму и сунула руку в нору. Это был естественный проем в камне, скрытом под песком. Целая семья зайцев пряталась в камне от червей. Она схватила двух за лапы и вытащила, а потом бросила Сайласу.
Пять зайцев улетело к ожидающему Сайласу. Их могло быть и больше, но Килэй не могла дотянуться дальше. Она отодвинулась и посмотрела на Сайласа. На миг она подумала, что он съел всех зайцев, больше никому не оставив, но страх прошел, когда она увидела, что он просто охраняет их бездыханные тела.
— Молодец, кот. Сегодня мы пируем, — сказала она.
Его глаза вспыхнули, но утомленно. Он явно испытывал усталость сильнее, пока был в зверином облике.
Сайлас отступил, и Джейк завернул зайцев, чтобы они не испортились. Неделю назад он мог бы сломать Джейку руку или съесть все в одиночку.
Килэй даже начала гордиться Сайласом… и она не знала, может, у нее солнечный удар.
* * *
Наступил вечер, они были воодушевлены. Килэй разделала зайцев, и Джейк приготовил их, а еще рис со специями и финики. Они получили по две полные миски, хотя Сайлас и Джейк вели себя так, словно выпили пару кружек эля.
— О, чудесно, — стонал Сайлас, растянувшись.
Джейк напоминал дядю Мартина. Он поднял невидимую флягу в тосте:
— Твое здоровье, сэр Кот! Если бы не твой острый слух и зубы, мы бы так не поели!
Сайлас носил шкуру медведя как мантию, передние лапы были завязаны под горлом. Он поклонился, взмахнув накидкой.
— Благодарю, шаман. Ты не мог выбрать лучшего объекта для обожания. А ты, — он упал на колени рядом с Килэй. — Думаю, я заслужил поцелуй.
— Ни за что, — она оттолкнула его.
Его сияющие глаза разочарованно расширились.
— Прошу? Меня еще не целовали. Не знаю, почему люди так этому рады.
— И я еще не целовался, — сказал Джейк, переставая очищать ложку. — Почему они так желанны, Килэй?
На ее губах резко вспыхнуло воспоминание, которое она месяцами подавляла в себе. Жар прилил к лицу. Она не знала, что сказать… и она не сказала.
К счастью, ее спутники были так веселы, что не заметили.