– Они у меня молодцы, на лету всё схватывают. Особенно Анечка умница, занимается, по репетиторам ходит, лучше всех пишет!
– А Никита и Егор?
– Ну эти клоуны, конечно, редко появляются в школе, в телефонах сидят, болтают. Ну вы их знаете, Никита как ляпнет что-то, Егор потом смеётся весь урок на весь класс, они своим смехом всем мешают. Ну я устрою им в конце четверти!
– Всё стабильно, ясно. Предлагаю вам дать им дополнительные задания. Напишите на доске несколько упражнений из ЕГЭ, пусть сдадут вам телефон и рассядутся по отдельности.
– Да, так и сделаю. Только вот я хотела бы мел у вас одолжить. А то мой мел забрал Григорий Евгеньевич. Серёжа Голодовкин у него занимался и съел его мел.
– Эм… Ладно, держите, у меня пачками он тут в столе лежит.
Директор дал учителю мел. В кабинет ворвалась уборщица.
– Роман Андреевич, там что-то случилось!
– Что? Где?
– В столовой был крик! Это был голос Антонины Ивановны! Я побоялась зайти одна, помогите!
Директор, учитель русского с литературой и уборщица спустились вниз и увидели направляющихся в столовую информатика и медсестру.
– Вы не знаете, что произошло?
– Нет, Роман Андреевич. Мы с Валентиной Михайловной услышали крик и пошли в столовую.
– И мы туда направляемся, – ответила Виктория Владиславовна.
Подойдя к дверям столовой, они услышали хруст, будто скрип сахара на зубах. Зайдя в буфет, педагоги увидели следующую картину. На полу лежала мёртвая Антонина Ивановна в луже крови. Её рука была оторвана, глаза выедены, а кожа слизана. Рядом сидел Серёжа и хрустел костями женщины. Увидев преподавателей, мальчик вскочил и стал оправдываться.
– Добрый день, вы, наверно, немного удивлены. Я просто голоден был. Я не хотел, так получилось. Сейчас я приберусь, только мне нужно будет потом перекусить. Я могу взять лепёшки, которые для второй смены?
Валентина Михайловна отвернулась и закричала, Февронию Кирилловну начало тошнить, а Виктория Владиславовна упала в обморок в руки информатику. Григорий Евгеньевич и Роман Андреевич переглянулись и с криками выбежали из столовой, захватив с собой женщин.
– Я так и думал. Значит, можно.
Мальчик взял две лепёшки и вышел из столовой, но его задержали учителя. Вызвали и скорую, и полицию, и родителей парня.
После этого случая Серёжу насильно положили в больницу, где он лежал под наблюдениями врачей. И с тех пор в буфете никогда не было последних порций!
Падаль для собственного голода
Прошёл месяц. Серёжа лежал в больнице. Его часто сажали на цепи, чтобы не кидался, и пичкали таблетками, снижающие аппетит, а также психотропные препараты. Серёжа начал осознавать, что случилось в школе в тот роковой четверг. Он безумно сильно жалел, что не смог совладать с голодом, но теперь двери школы на всегда для него закрыты. Никто из школы ни видеть, ни слышать не хотел о нём. От истощения мальчик начал худеть, что привело в ужас не только его, но и его семью. Мама с бабушкой приехали навестить его.
– Серёжа, сыночек, ты как?
– Плохо… Мам, я не просто обжора. Я чудовище. Я убил и съел Антонину Ивановну, а теперь мой голод убивает и ест мой желудок! Смотри, как я похудел.
– Да, мой золотой! Ты сильно похудел, так нельзя. Мы с мамой принесли тебе булочку с маком и булочку с повидлом. Хочешь?
– Глупый вопрос, ба. Я умираю от голода. Конечно, я хочу. Но врачи не разрешают мне.
– Мы не скажем им о твоей минутной слабости. Тебе нельзя дальше продолжать голодать! На, поешь.
Долго уговаривать его не пришлось. Серёжа съел маковую булку, и мама положила булку с повидлом в его запасы, чтобы он съел её потом. Когда родные ушли, Серёжа почувствовал полное одиночество и страх перед суровыми врачами.
Вечером ему позвонил папа, и рядом был дед.
– Алло, колобок! Как ты там?
– Не знаю, пап. Я боюсь себя. Я не могу контролировать свои рефлексы, когда вижу еду. Я похудел, и это моя карма за уничтоженную жизнь нашей школьной буфетчицы! Я монстр!
– Да какой ты монстр, Серый? Ты всё ещё тот комочек, которого я в детстве держал на руках!
– Ты ошибаешься, папа. Я не тот сладкий комочек. Для меня свойственно искать любую пищу в качестве сахара для поддержания крови, это не нормально! Я моральный урод!
– Внучок! – вдруг возразил дед, – Мы любим тебя любым! Ты для нас всё тот же Серёжа! Не забывай, мы тебя не оставим одного, ты не пропадёшь от голода! Ты помнишь, тебе мама оставила булочку? Поешь, расслабься. Завтра мы приедем к тебе.
После звонка Серёжа действительно моментально вспомнил о той заначке и неосознанно потянулся к ней. Врач зашла и увидела, что он снова нарушил свою диету.