Он сделал шаг навстречу, вынуждая Гермиону судорожно сделать два назад. – Боишься меня. – его слова прозвучали утверждением, нежели вопросом.
– Ты ненормальный, – выдавила из себя Гермиона, пытаясь унять дрожь в теле, голос предательски дрожал. – Я уверена, что ты всё это подстроил на балу и ты один из пожирателей.
– А Уизли был прав, ты умна, – склонив голову, сказал Клейн, пока лицо Гермионы исказил шок, который она попыталась спрятать, хотя в голове сразу же возник образ Рона.
– О чем ты?
– Ах да, совсем забыл, что ты никогда не подумаешь на своего лучшего друга, как считаешь ты, но, увы, жизнь жестока, – он бьёт по больному, наслаждаясь как сердце Гермионы обливался кровью, а собранные осколки вновь разбиваются об резкие слова.
– Он не мог, Рон просто не мог, – повторяет, как мантру Гермиона, не желая верить в то, что Рон мог оказаться предателем.
Алан смеётся на слова Грейнджер. Перед глазами плывет, картинки их с Роном и Гарри дружбы всплывают в голове. Как она могла быть настолько эгоистичной, что даже не заметила изменившееся поведение Рона.
– И вся уверенность исчезла в её глазах, – говорит Клейн, будто цитируя строчку из какого-то стихотворения. – Предательства уже не первый раз уничтожают тебя и сейчас рядом нет твоего драгоценного Малфоя, который вытащит тебя из этого состояния.
Алан подходит ближе к Гермионе, остановившись в буквально одном шаге, но она не двигается и даже не моргает, глядя в одну точку.
Он поднимает руку и убирает выбившуюся из пучка прядь за ухо.
– Такая слабая, – Клейн наклоняется, его губы касаются ушной раковины, но гриффиндорка будто не в этом мире, потому что она не реагирует никак на эту опасную близость. Он опускает взгляд на приоткрытые губы и ухмыляется хищно.
Гермиона трясет, будто её тело каждую чёртову секунду прошибает разрядом тока, но едва Алан наклоняется к её губам, сжимая её талию, перед глазами возникает образ Малфоя.
«Борись или сдохнешь, Грейнджер».
Слова Малфоя, которые абсолютная правда, хоть и жестокая. Именно они заставляют девушку прийти в чувства. Если она не будет бороться, то потеряет всё, а ей есть что терять, потому она будет бороться до последнего.
– Ты сгниешь в Азкабане, – шипит сквозь зубы Гермиона, ловко ударяя парня в кадык. Он начинает задыхаться, но продолжает истерически смеяться.
Также быстро достав палочку, Гермиона четко произносит неизвестное заклинание, направляя её на Клейна и делая ей пару замысловатых движений. Из неё вылетает серебристый луч, проникающий в тело Алана. Глаза Гермионы меняют цвет на серебристый, но она этого не замечает, а тело заполняет магия, настолько сильная, что девушка едва держится на ногах, пытаясь её успокоить.
– Что здесь происходит? – раздается знакомый ледяной голос, в котором читается удивление.
Грейнджер оборачивается встречаясь взглядом с профессором зелий и опускает палочку, отмечая смятение и любопытство на лице Снейпа…
========== 10. просто ответь честно! ==========
Драко проснулся от ощущение чьего-то взгляда на себе. Открыв глаза, он сквозь сонную пелену разглядел лицо целительницы, которая с непониманием смотрела на него и лежащего рядом Поттера. Кинув взгляд на гриффиндорца, Малфой понял, что тот ещё спит, но по сочувствию было понятно, что его магия восстановлена и он отлично отдохнул.
– Вы желаете что-то спросить, мэм? – довольно грубо спросил Малфой, вопросительно вскинув брови. Женщина поджала губы, но промолчала, на что Драко фыркнул и поднялся с кровати, спустив ступни на пол.
– Разве у вас нет других более важных дел, нежели наблюдение за нами? – спросил слизеринец, сложив руки на груди. Присутствие Мадам Помфри напрягало.
– Невоспитанный мальчишка, – осуждающе мотнув головой, она подошла к столу, взяв с него папки и прижав к груди, вышла из больничного крыла, гордо подняв голову.
– Поттер, вставай! – выделяя обращение, приказным тоном сказал Малфой, вновь приводя в порядок свою одежду, которая вся помялась за ночь в кровати с Поттером.
Гриффиндорец заворочился, перевернулся на другой бок, лицом к Драко и сильнее закутался в одеяло. Как ни странно этой ночью Малфой отлично выспался, хотя и спать на узкой кровати вдвоем должно было быть довольно проблематично.
– Поттер, поднимай свою задницу с кровати, пока Помфри не притащила сюда старика! Я не собираюсь ему ничего объяснять. Точно не сегодня.
Открыв шторы, Драко впустил солнечный свет в палату, который попадал на лицо Поттера, заставляя темные ресницы подрагивать.
– Рон, ещё слишком рано, – пробурчал Гарри, но спустя секунду резко открыл глаза, понимая, что голос принадлежит не Рону. Найдя очки на тумбе, они быстро нацепил их, принимая сидячее положение и уставился на Малфоя, который смотрел на него в ответ, ухмыляясь.
Вытащив из-под одеяла руку, Гарри уставился на серебристую метку замысловатой формы.
– Похоже это был не сон, – хриплым от сна голосом, сказал Поттер себе, нежели Малфою.
– Увы, нет, – пожал плечами Драко, приводя платиновые волосы в порядок с помощью какого-то заклинания.
Гарри поражался тому, как тот был таким спокойным, будто ничего не произошло. В его же голове были тысячи мыслей, от которых вмиг разболелась голова.
– Надеюсь, ты соизволишь рассказать, что за чертовщина произошла прошлой ночью.
Гарри встретился взглядом с серебристыми глазами, чувствуя странные смешанные ощущения, слизеринец почти сразу разорвал зрительный контакт, понимая, что Поттер проникает в его сокровенные воспоминания.
– Не делай так, Поттер! – шикнул Малфой, пытаясь восстановить сердцебиение и сбившиеся в одно мгновение дыхание.
– Не делать что? – Гарри вскинул брови, не понимая, что происходит и что имеет в виду хорёк.
– Встретимся в запретном лесу после уроков, и я расскажу всё, что тебе нужно знать об этом, – сказала он, кивнул на серебристую метку, которая на солнце красиво блестит, привлекая внимание.
– Почему не сейчас? – спросила Гарри, вопросительно нахмурив темные брови.
– Сейчас у меня есть более важные дела, чем твоё любопытство, заводящее тебя в такую херню, – фыркнув, ответил Малфой, убирая палочку в карма мантии. – И советую тебе не открывать лишний раз рот, чтобы не стать лабораторной крысой.
Пожав плечами, Драко вышел из больничного крыла, намереваясь найти Гермиону, чтобы ей объяснить своё воскрешение и не заставлять её волноваться попросту, после этого Мелиссу и поговорить с ней.
Идя по коридору, Драко наткнулся на Морей, которая буквально летела по нему, спеша куда-то.
– Куда ты так несешься? – заглядывая в серые обеспокоенные глаза, спросил Малфой, наклонив голову.
– Ты в порядке? – отдышавшись, спросила девушка, не веря, что Драко стоит перед ней живой и невредимый. – Поттер – твоя часть души. – её слова неё прозвучали вопросом и это насторожило слизеринца.
– Как ты поняла? – перебив девушку, спросил он.
Она поджала губы, будто не желая говорить.
– Лишь спелой не видел, как вы смотрели друг на друга и пусть ваши глаза были полны фальшивой ненависти и презрения, в их глубине читалась такая привязанность, какую я не видела никогда. – девушка пожала плечами, говоря это так, будто ничего необычного в этих словах не было, но не для Драко. – Гермиона у Снейпа, он отправил мне патронуса с просьбой, а скорее приказом, явиться к нему. – не давая слизеринцу вставить и слова, продолжила Морей.
– Идём, – схватив девушку за локоть, Драко потащил её в сторону покоев Снейпа.
– Успокойся, – сказала Мелисса, но не вырвала руку из крепкой схватки парня, дождавшись момента, когда он сам её расслабит.
Не удосужившись даже постучать, Драко вошёл в незакрытую дверь, слизеринка шла позади, пытаясь поспеть за парнем.
– Что, чёрт возьми, случилось? – Малфой прошел вглубь комнаты, остановившись рядом с Гермионой, которая была бледна, как мел.
– Мисс Грейнджер каким-то чудесным образом сумела воспользоваться волшебством кольца, которое ты ей подарил, – начал Снейп холодно, стоя позади Малфоя. – Благодаря этому она сумела противостоять мистеру Клейну, который оказался шпионом Пожирателей и подстроил всё то, что происходило в этом году. – в голосе Снейпа была различима гордость за Гермиону и то, что она смогла побороть Алана.