Шуршание листочков, странным образом совпадало с диким гиканьем деда Ката, решившего отплясать яблочко на правой височной доле. Вся эта катавасия закончилась сильнейшей головной болью. Невозможность контролировать вот такие эмоциональные всплески выводили меня из себя. Так и хотелось вскочить и закричать на суетливых со-это, чтобы они заткнулись. Но я вынуждена была выслушивать и просматривать эти пляски святого Вита с тонким завыванием истерических вторых я. Или третьих? Не важно. Это не самое главное решение, что стоит принять тут и сейчас.
Мокрые волосы темной копной струились по спине, тонкими змейками вились по плечам, изгибаясь закручивались на кончиках и упрямо топорщились прежде чем улечься с покорностью.
-А у нас кусочек тортика сегодня будет на завтрак, обед и ужин, - с издевательским тоном произнесла маман и ушуршала в угол к тараканам. Те услышав про нечто сладкое и съедобное с радостью отложили писчие принадлежности, и протягивали жадно лапки, подманивая к себе необыкновенно подобревшую личность.
«Интересно, где они решили найти сладкое?» - успела подумать я, прежде чем тонкий черный гребень воткнулся в мои волосы, и натруженные руки няни начали расчесывать мои еще не высохшие волосы.
-А жрать мы будет тебя, Катерина! – визгливо пропищал хомяк. И засмеялся хрюкая.
-Ай, трясет! – завизжала Катюха, и кинулась под защиту жабы.
Последняя раздула свой мешок под нижней челюстью, и выставила его в сторону ожидаемой угрозы.
-Режут! Убивают! – заорали тараканы, и все как один рванули к подошедшей маман, запрыгнули к ней под юбку и принялись щекотать ее своими усами. Та заверещала и начала смешно подпрыгивать, закручивать посильнее край юбки от наглых насекомых, отпинывая ногами самых шустрых. Суета заставила меня повзвизгивать и подпрыгивать на стуле. Тем более, что муки от расчесывания были не выносимыми. Но мне надо было вытерпеть эту экзекуцию, только чтобы суметь …свалить отсюда.
-Она решила свалить- заорал дед Кат. –прикиньте?! Вот сволочь!
Весь зоопарк дружно согласился с ним. Успокоился как один, и уставился на меня с немым вопросом в глазах.
-Ты же шутишь? – не вытерпела жаба. – Тут столько ништыков. Тем более я еще не получила свою жирную муху.
-А мы не поели торта! – прошуршали тараканы.
-Не знаю, про какой торт вы там себе придумали. И я тебе ничего и не обещала. – не вытерпела я и .. произнесла это вслух.
Дама-няня уставилась на меня вопросительно, смотря в зеркале чуть повернув на бок голову. Ее круглое лицо выглядело так уморительно, что я не утерпела и рассмеялась.
-Деточка, -укоризненно дернула она мои волосы к себе, и нежно, но строго произнесла, - я ничего и не просила у тебя, но буду благодарна любой награде от вас, избранных на великое Свадебное торжество.
Две монетки тут же были вынуты из за щеки и вручены под радостные ойканье няни и шумный обморок жабы, ворчание хомяка. Тараканы собрались в кружок у деда Ката и принялись дружно жаловаться тому на жизнь, якобы, вот им, ни фига, никогда, и вообще… они заслужили. Маман откачивала жабу, делая ей искусственное дыхание рот в рот. А Катюха дико ржала и тыкала пальцем то в одну строну трагедии с жабой, то в другую сторону драмы с тараканами.
-У вас не будет каких- нибудь успокоительных? – спросила я у няни, что шустренько схватила монетки и засунула их себе в необъятный лиф платья, поближе к сердцу.
-Нервничаешь, моя дитятка? – ласково улыбнулась мне дама, и тут же нашла на столике у зеркала странный пузырек и велела открыть ротик. Накапала мне в рот розовых капелек из него. –тихонечко посасывай их, катай на язычке. И через пятнадцать минут будешь спокойна как полуночная могила.
И пока выполняла ее указания, из моего сознания вдруг стали исчезать все мои со-сущности. Они таяли снежинками, растворялись в неге, становясь не важными.
-А волосы я тебе сделаю слегка фиолетовыми, - звучал сквозь кисель спокойствия голос няни, - и подниму прическу наверх, украсив ее несколькими лентами и парочкой нитей с жемчугом.
Тяжелый нити с круглыми фиолетовыми шариками легли на мои волосы.
-Надо бы.. сделать …ободок.- еле выдохнула из себя последнее слово, прямо через силу.
-Конечно- конечно, –засуетилась дама, и тут же принялась копаться на туалетном столике, разыскивая явно нечто важное. –вот сейчас оборву с этого ободка розовые кружева и приклею магией черненькие ушки, как у кошечки. Вот забавно ты придумала, умничка моя.
Движения рук в зеркале отражали всю суть магии этого мира – темные сгустки с золотистыми искорками полетели в разные стороны, и повисший в воздухе ободок внезапно лишился своего цвета, приобрел пару симпатичных ушек, черного цвета. А затем упал в протянутую ладонь дамы. Та посмотрела на свое творчество и взмахом руки придала творению цвет глубокой безлунной ночи.