-Чудесно! - не удержалась дама, и надела на мои уже измененные волосы свое творение, закрепив ободок небольшой, почти незаметной заколкой- невидимкой.
-А теперь костюм. - произнесла няня. Внезапно так сильно захотелось спать. Но хотя бы по мозгам никто не стучит и не дергает в разные стороны своими хотелками. –сейчас моя маленькая, еще немножко, и я отведу тебя в отведенную комнату.
Несколько пассов руками, что мне прекрасно видно в зеркало, свечение искр, и вот на руках у дамы черный комбинезон с пришитым аккуратным хвостиком.
-Да вы что. – не выдерживает моё третье я, - с ума сошли? Где вы видели у котов такой короткий хвост!
Няня смотрит на меня с непониманием, и немного хмуриться. Ее взгляд перебегает со столика на меня и обратно. Наверное, она догадывается, что я не всю дозу приняла. Или...нет?
-Хвост нужен длиннее, иначе таким куцым я только распугаю потенциальных женихов. А еще он должен быть гибким и пушистым. А то висит как жалкое полотенце, просто тряпка! Ну придумайте, что-нибудь, вы же маг!
Как же я недооценила тебя, няня. А пока сокрушаюсь, что дала маловато денег, и прикидываю как бы ей доплатить монеток, и попытаться выпытать о возможных способах продлениях жизни, женщина прислонила к губам указательный палец, в жесте молчания, потеребила нижнюю губу и умчалась, бросив все свои творения на спинку стула, на которой я сидела. Разумеется, она уже придумала для себя мой костюм.
Но я не стану ее ждать. Две секунды хватило влезть в черный костюм, несколько черных лент из под стула укрыли прическу, оборки спрятали странный цвет волос и мои длинные для человека ушки. По две спицы нырнули в длинные черные рукава. Пояс повис на своем месте глухо звякнув и так небольшими сбережениями, прошуршав страницами повзаимствованными из тайника матери-настоятельницы, и я размашистой походкой выскользнула из закутка в сторону выхода. На пути подхватив сумку из темной ткани, явно недошитую неизвестной мастерицей.
«Я-мальчик! Мальчик!»- думала слишком громко, во всю силу своего разума.
Глава 5
Глава 5
Трантерхребранрюх О`Хи. Демон ночи.
Стены цвета персика, с розоватыми прожилками на всю длину и в ввысь. Грубо выделанные нити крапивного полотна на месте занавесей и шелковая тюль, играющая под порывами ветра в проеме двери, в странном танце. Желтое постельное белье, от лучших производителей паучьего шелка из подземелий демонов, и разрисованная нежная сорочка белее снегов севера, небрежно кинутая на наваленную груду маленьких подушек- думочек, в углу моей кровати. Почти вся моя тайная комната была обделана в розовато-белых тонах. Такая любимая и бесконечно нежная.
Кто бы мог подумать, что дикий и страшный демон может быть таким несказанно нежным? Но я им был. Слишком долгое было прозябания под давлением агрессивной мамы. Она сделала из меня тихого и покорного серого кардинала. Мужчину, способного тихой сапой сделать необходимые поправки в незавидную жизнь переступая через трупы поверженных и оболганных врагов, через свою мать. Победитель, которого не судят. Изменить всю печальную участь подкаблучника – да не вопрос. Стать, пусть только на работе, злобным цербером, нещадно гоняющим своих подчиненных –одним щелчком пальце. Но быть человечнее? Упиваться нежностью и гармонией цвета в своем тайном закутке, отражающем всю мою внутреннюю суть - никогда. Нельзя демону иметь в своем характере даже намек на тонкий деструктивные линии черт человека. Милосердие, любовь, человечность и терпимость…Предки точно в гробу бы перевернулись, и не раз.
Музыка Mustafa Avşaroğlu - When the Last Hope Runs Out ласкала мои трепещущие уши, и яркими искорками проносилась по высоким рогам до самых кончиков. Три волосика, доросшей до пояса бородки, на особо нежных и высоких звуках поддергивались и вставали торчком. Да, музыканты на земле придумали очередной шедевр. И я, как никто в другом мире внимал этой чувственной мелодии, возносясь с каждой нотой ввысь и еще выше, на яркой и нежной мелодии скрипки. В ту недосягаемую небесную высоту, смотрящую сверху! И за край её…
Осознав, о чем у меня промелькнули мысли, я испугался.
Но оглядевшись, и не увидев никого, кто мог бы поймать меня на горяченьком преступлении, успокоился. Как же прекрасно вот так, иногда, полежать… понежиться с любимой музыкой, уносящей тебя в запретные дали.
«Бжжж» - произнес засунутый под белой думкой на полу коммутатор.
Этот звук невозможно было спутать ни с чем. Мелодия завершилась на высшей ноте и наступила тишина.