По дороге домой я лениво оббивала себе ноги корзиной, и доедала уже помятое яблоко. Вокруг шумел и крутился большой город. Лавки явно состоятельных торговцев были во всех домах на первых этажах. И я заглядывала во все попадавшиеся двери. В некоторые даже пускали. Любопытство просто зашкаливало. Приходилось бегать с одной стороны дороги на другую, благо домики стояли не очень далеко друг от друга. Просто попасть в средневековье и не пощупать- не потрогать и не примерить, это как- то не по нашему. Солнышко повисев на самом вверху небосвода, лениво поплелось на боковую, а я все никак не могла удовлетворить свое желание пересмотреть весь ассортимент в лавках.
И внезапно я вынырнула из магазинчика на пустую улицу. Дверь за спиной щелкнула за спиной закрывшимся замком. А я оглядела улочку и в ужасе замерла. Вот только что тут ходили толпы народа. Мчались всадники, или неторопливо плелись изукрашенные драгоценными породами дерева кареты. Мелькали натертые до зеркального блеска черные спицы в колесах богачей, или тяжело прогромыхала деревенская телега, на железных ободьях, а сейчас стояла жуткая тишина. Потому что, прямо напротив входа у лавки, из которой я вышла, прямо в воздухе висело странное создание из дыма и рванных дымчатых лент.
За дверью в щелочку до меня донесся глухой голос:
-Беги.
Зачем я оглянулась на эти сбитые деревяшки, украшенные затейливой резьбой? Не знаю.
В одну секунду за спиной пронесся ветер, взметнулась пыль на дороге вверх, и чей- то голос произнес прямо в моей голове:
-Вкусная.
Я затылком чувствовала этот нечеловеческий взгляд. Пришлось собраться, почти сгруппироваться и резко повернуться навстречу приключению.
-А у меня что, на лбу написано: «Продукты»? –помертневшими губами произнесла вслух, глядя в глаза призраку.
Провалы глаз уставились на меня в явном недоумении. А затем его дымчатое лицо резко приблизилось к моему лицо на расстояние в пару сантиметров.
-Вот только не надо спрашивать у меня дорогу, –продолжала ерепениться перед тенью с рванной туманной одежкой. Белое, без единой кровиночки лицо, со стесанным носом и кривыми, будто нарисованными кроваво-красными губами немного отодвинулось от меня. Губы зашлепали что-то неслышимое, искривились, как будто он… разговаривал с кем-то.
-И не надо плакать, -нагло заявила странному призраку, -у меня и так стресс за стрессом, а еще твои проблемы разбирать. Давай, как-нибудь потом, а?
-Наглая?- придвинулось его лицо к моему лбу, заставив запрокинуть голову вверх, - уговорила. Ловлю тебя на слове. Потом будешь разбирать мои проблемы.
-Какой умненький дементор попался! – заявила нависшему наглецу, -а может ты и танцевать умеешь так же, как и наглеешь? Или на бал к королю меня пригласишь?
Именно ошарашить я и хотела эту нежить, а это точно была она.
-Не переживай, собрат, мы с тобой и бухнем, и у короля корону стырим, и даже на балу потанцуем с принцем. Ну и потом обязательно психоанализом займемся. Но, потом. –Я перехватила корзинку в левую руку, и правым указательным носом ткнула по носу призрака, -дзынь, дзынь.
-Да ты…Ты…
Призрак внезапно полетел в ту сторону, куда и мне надо было идти. Его одеяние скользнуло по моей многострадальной одежде, оставив серую пыль повсюду. Запятнал, зараза.
-Вот только не надо мамочке жаловаться, -крикнула ему в спину. И немного по- тише добавила, - терпи, ты же мужчина.
А затем еще тише прошептала себе под нос:
-Хоть и дохлый.
Могильная тишина на улице пугала своей необычностью. Все же мне надо было прийти домой, пусть и в ту сторону, куда умчался призрак. Дементор недоделанный. Марте надо хотя бы отдать корзинку.
Нервно посмеивалась, зашагала поскорее по улице пустого города к дому мага. Впрочем, торопилась зря. Прямо у крыльца парил призрак, а рядом с ним стояли Алисон «как его там», и знакомый грязный сюртук с золотой цепью толщиной с палец, поперек всего огромного брюха.
-Дядька. – радостно ору я, думая только одно: «попалась», и, бросив корзинку, бегу в расставленные руки. – а я тут потерялся маленько.
Маг нервно напинывал ногой стену у крыльца. Увидев меня, он отвел взгляд, в сторону окна кухни, из которого выглядывала довольная Марта.
«Как есть продали!» - успели взвыть слова спортсменки, комсомолки и просто красавицы, тараканы в башке, и пошли укладывать свои чемоданы для будущей эмиграции.
-Ты, это. Девочка не обижайся…- как- то буднично маг извинился передо мной. Кивнул сторожу, тяжело пошлепал по ступенькам в дом. В первый раз я увидела стоптанные шлепанцы под его одеждами, мелькнувшие серебряной вышивкой, и тут же пропавшие в длиннополых одеждах.