-Живи, -развернул заторможенное тело, сел на лед, и уложил к себе на колени. Пристроил поудобнее крылья, и принялся приводить в чувство легкими похлопываниями по щекам тыльной стороной ладони.
Она была такой легкой, почти невесомой.
-Дыши, - попросил. Наклонился и поцеловал в губы, запуская реакцию принятия меня своим истинным. Но все внезапно остановилось. Да у нее появились четвертая пара крыльев, и она задышала, но сколько боли было в этих приоткрытых глазах. Чернота пропала в них, и появилась небесная голубизна.
-Я умерла. –прошептали холодные омертвевшие губы чуть открывшись.
-Нет, - не согласился с девой. – ты дышишь, ты говоришь, смотришь, мыслишь – ты существуешь. Я не отпущу тебя, Краста.
-Я не Краста, – ответила избранная. Пришлось соглашаться, и делать вид, что поверил.
-Что это, – спросила она, глядя на стену из ледяных глыб. – что это там трепещет?
Слишком часто меня обманывали, чтобы я повелся на любой трюк, но своей истинной не поверить было нельзя. И поэтому обернулся.
Тонкий стилет вонзился мне прямо в ушную раковину. Проткнул мозг. И мир на мгновение замер.
А затем процесс регенерации запустил все слои вампирского тела, которое содрогаясь упало, ударившись о стену временного льда. Лед начал пожирать мою голову и спину.
Да, если ты не знаешь анатомии вампиров, то мои конвульсии можно было принять за судороги умирающего тела. Но я был истинным, рожденный не человеком, и зачатым после благословения тьмой. Только полное четвертование, и сожжение на костре остатков способно уничтожить подобного мне с лица земли. Стало не понятно, что происходит. И я замер в немом ожидании .
-Как же я ненавижу тебя! – воскликнула избранная, - ты лишил меня будущего! Я почти убежала домой.
Ее слова уже едва доносились от наросшего льда на ушах. Если в течении пары секунд не предприму что-нибудь основательного или радикального, меня окончательно и бесповоротно засосет в лед, туда, где, уходя в небытие всё ещё боролся с тенями времени сумасшедший ученый, посмевший посягнуть на самое драгоценное, что было для меня в этом мире- истинную пару.
Последним своим взглядом из полуприоткрытых ресниц наблюдал, как дева поднялась с моих колен, где лежала до сих пор.
-И как теперь выбираться отсюда, -донесся мелодичный голосок до скованного текущим временем разума, почти по остаткам кожи у ушной раковины. –Мужчины, ну почему вы такие тупыыыыеее?!
«Не надо бороться со временем – надо просто направить его в правильное русло.» – бывало твердил нам учитель по магии. Вот и сейчас, аккуратно перенаправил поток, удерживающий меня в другую сторону и легко выпростал свою многострадальную голову. Проделал это, как только понял, что истинная отошла от моего тела на шаг в сторону.
Люди всегда были самыми простыми из изученных видов. Это тебе не драконы, с их зацикленностью на цвете своего второго я, и не всесветлые эльфы, со строгим этикетом, и даже не дроу, с их твердой уверенностью, что мать решает и знает все. Люди – это почти животные. Так я думал до сих пор, пока на моем пути не встала она. В голубом почти прозрачном голубом платье невесты. Девушка, почти девочка 11-13 лет, с едва сформированной грудью. Чужая в чужом теле, с кучей обломков личностей, бывших до нее в этом теле. Ублюдок эльфа, нежить, призванная неизвестным некромантом, явно на потеху толпе, и заманенная, явно в качестве жертвы неизвестной богине чокнутым ученым. Моя истинная пара.
9.2
Катя. Бывшая Краста.
-Ты хочешь спасти эту лживую мразь? Ну так посмотри, что он уготовил тебе. –прокричал грубый мужской голос.
Потом был резкий толчок в спину, и я полетела рыбкой к ледяной стене. Только и успела, что закрыть глаза.
Лед затягивал меня.
Хрустальные льдинки каждой гранью покрывали видимое пространство. Мир превратился в одноцветный калейдоскоп, где поток ветра Броуновским движением заставлял пятнышки снежинок лететь в то одну, то в другую сторону. Одноцветные снежинки. Серое солнце не светило на небосклоне. Оно было везде и нигде. Ветер в застывшем мире почти исчез. Но тайком его тоненькие иглы тыкались в мою измерзнувшую кожу. Холодными струйками он замораживал мир, и меня с ним. Время бежало все медленнее и медленнее, застывая вместе, во вне и внутри. И только мое сознание все сильнее останавливалось и замораживалось, без сопротивления, и по своей собственной воле. Я еще тут.
Выдох теплым облачком вышел изо рта. И глаза увидели на доли секунды это, а затем спутанный клубочек осыпался вниз тонкими льдинками, ранив кожу острыми гранями. Серая масса вокруг заворочалась, заскрежетала, а потом я закрыла на мгновение глаза.