Выбрать главу

«Побуду зайцем на огромном параходе.»- усмехнулся невеселым мыслям.

В мою ножку вцепился еще один похожий паучок, и я притянул его к себе, прочно обосновавшись около небольшого сучка, бывшего для дриады носом.

-Апчхи, - чихнула перевоплотившаяся дева. И это так смешно получилось, что мальчишки подпрыгнули вверх, и в это мгновение мы вынырнули из толщины воды, что я не выдержал, принял свою облик человека, и помог девушке собрать расшалившихся мальчишек, едва сдерживая смех.

Паучья сеть, с вплетенными воздушными капсулками, легла на поверхности воды огромным ковром, куда я помог взобраться дриаде и ее сыновьям. Паучок стал неуклюжим мальчишкой-дроу, с разбитыми коленками, и печальными глазами. Его тоже пришлось подсаживать на воздушное покрывало.

-Смотрите, -показал он рукой на всплывающих тут и там созданий тьмы. – что это?

Их было так много. Бесконечный ковер изгнанных из светлых королевств моей истинной парой.

Оставалось делать то, что я умею лучше всего, и приняв форму паука обратно, принялся плести паутинку за паутинкой, вплетая воздушные пузырьки, формируя ковер за ковром. Мальчик смотрел на мою работу и тоже помогал сбивать эти воздушные матрасики.

-Мы постараемся спасти сколько сможем, - обнадежил я выглядевшую испуганной мать мальчишек, - а вы пока посмотрите за пацанами, -кивнул на ее детей и на парнишку рукой.

-Я тоже умею нырять и плавать под водой, – произнес мальчик, - я помогу вам.

-Ты поможешь мне принимая тех, кого сумею вытащить тут на поверхности. А ты затаскивай их на ковры.

На том мы и порешили. Он плел паутинку, пока было из чего плести и формировал новые матрасики и подушки, пока я доставал тех, кто поднимался совсем рядом из глубины океана. Мне начала помогать вначале одна нимфа, потом другая, русалки, и вот так постепенно, меняясь, и заставляя дриад принимать форму древ, вплетая их для устойчивости в этот корабль мы собирали тонущих темных.

-Слишком много было принесено наших в дар богине Смерти. – произнес один старик -леший-, цепляясь за пушистую подушку из воздушной ткани, - что за проклятие свершилось над нашим родом?

Как бы я не боготворил свою истинную, но произнести слова откровения даже у меня не получилось. Усталость постепенно брала вверх над силами, и теперь работали одни мавки и русалки. Они вытаскивали уже остатки темного народа. Один из мальчиков показал ручкой на тучу вдали.

-Кажись, земля, - произнес старик, и он оказался прав.

Причалили мы к этой земле не скоро, но ступив на песчаный остров, внезапно понял, что я вновь вдали от своей избранной.

Гнев вплелся в мой разум острой иглой. И начал точить мыслью, подводя к единственному верному решению.

Ощупав пространство вокруг, пытаясь найти невидимый простым смертным проход, я не нашел никаких лазеек.

-Проход закрыт, - правильно растолковал мои странные махания руками старик леший, пока дева дриада занималась со вновь расшалившимися мальчуганами. Они поймали краба и тянула его за клешни в разные стороны, яростно пыхтя и не желая делиться добычей друг с другом.

-И над миром кокон не проникновения. – вымолвил он, поймав мой взгляд направленный вверх.

-И под землей тоже нет прохода. –выдохнул старик леший, вонзая свои деревянные корни в прибрежный песок.

-Но как такое возможно? – не вытерпел я, - разве есть право закрывать миры у людей.

-Если ты наместник бога на земле, то почему бы и нет, - пожал плечами старик, пытаясь получить хоть каплю силы от пышущего жаром песка.

-А если ты простая девушка с хрустальными крыльями за плечами? – спросил, уточняя у него.

-Я слышал о таком однажды, полторы тысячи лет назад, - закрыл старый глаза, претворившись пеньком, - но не верю, что светлые боги решили вернуться обратно в наш мир.

-Почему они должны вернуться?

-Потому что дорогу им должны показать темные богини. А это невозможно.

-Но почему? – в третий раз задал я вопрос, казалось, уснувшему старику.

-Потому что Свет и Тьма никогда не договорятся друг с другом. – донесся шепот из морских вод. Около берега сиротливо жались двенадцать русалок и невообразимо много мавок, выкинутых из светлых королевств желанием одной девицы.