Эля нехотя кивнула. Когда они вышли во двор, отряд ждал в седле и Крисп в деталях объяснял короткую дорогу в город, естественно подальше от места тайных христианских собраний.
Встреча всколыхнула в Эле бурю чувств, правда внешне это не проявлялось. Она пропустила мимо ушей рассказы отца, когда тот на следующий день приехал за продуктами, слишком занимали собственные мысли. Как только поели, спустилась в прохладу библиотеки. Разговор на террасе доносился сюда приглушённо.
— Всё побережье запружено войсками, — объяснял отец Криспу, — Аврелиан перебрасывает излишки легионов Проба в Иллирию.
Эля подошла ближе к выходу, чтобы ничего не пропустить, так вот почему Констанций охотится в их краях.
— Я встретил старого боевого друга, и он разместил в гостинице всадников. Жаль места маловато, можно неплохо заработать…
— К нам вчера тоже заглянули знатные римляне, — рассказывал Крисп.
Но Коэля новость не заинтересовала, а Эля, провожая отца, не стала объяснять про спасителя из Александрии. Родитель готовился к заседанию коллегии культа императора. У него впервые за долгое время завелись деньги. Даже с Криспом расплатился. А здесь, ну ничего же не случилось.
Всё действительно затихло на какое-то время. Неожиданное свидание с молодым высокопоставленным военачальником начисто выбило из головы Эли кресты и пещеры. Варава пригасила пыл приобщения хозяйки к истинной вере. Крисп боялся, что эта встреча у молодых людей не последняя.
Дни бежали, а рукопись никто не возвращал. «Видимо, занят. Только ему и помнить о сельской девчонке. Бросил куда-то, мимоходом прихваченный папирус. Мало ли в городах знатных хорошо одетых красавиц, подходящих ему по положению и воспитанию. Зря дала свиток, все равно, что выкинула», – терзалась она.
Эля пыталась понять, о чём рукопись. Она приводила свитки в порядок, но запомнить все не могла. Развернула соседние, похоже, математика или география. Так ему и надо ехидно улыбнулась про себя, сомневаясь, что осилит.
Конечно, благодарность никто не отменял. Все-таки спас из пожарища, хотя она ведь его не просила. Выйдя из дома, решила подышать воздухом.
Ноги сами несли к тропинке, вдоль ручья, именно здесь они с Варавой свернули в заросли. Зной накалялся, солнце поднималось к зениту, куст гибискуса полыхал розовым цветом, Эля смотрела по сторонам и понимала, что пора возвращаться домой.
«Ещё чуть постою и вернусь», — решила про себя, вглядываясь в окрестности, когда на дороге, идущей из предгорий, показался всадник.
[1] Древний город на берегу Измитского залива (возле современного Херсек Турция), будущий Еленополь.
[2] Квартал Александрии, где находился дворец и библиотека.
***
Констанций на качелях фортуны родился. Рос на состоятельной вилле Дардании. Более суровое отношение, чем к другим детям, оправдывал тем, что он старший, служит примером.
Странности начались с провозглашением императора Клавдия.
– Попроси для меня должность, – услышал он как-то настойчивую просьбу отца.
Мать из рода Флавиев всегда помнила о своём происхождении, но почему-то смутилась. А через год явилась тётка Домицила из Рима. К тому времени отец добился чего хотел. Констанций подслушал разговор гостьи с родительницей случайно, просто неловко стало обнаруживать себя рядом с дальней беседкой. Он же не знал, что разговор пойдёт о нём.
– Клавдию нужен наследник, – голос Домицилы будто извинялся.
– Но почему Констанций? Все только забыли. – Мать юлила.
– На соревнованиях он повредил себе…– Неловкость просто висела в воздухе, – Ну, ты сама понимаешь что. У него больше не было и не будет детей. Разве иначе я подняла бы эту некрасивую историю.
Констанций ощутил, что от него всю жизнь что-то скрывали. Голова пошла кругом, ведь мать двоюродная племянница императора.
– Клавдий хочет познакомиться c сыном, присмотреться, а возможно и объявить Констанция цезарем. – Перспективы валились на голову лавиной. – Просто отпусти его со мной в Рим, ну, найдём предлог.