Терпение колёсико успеха
Женская логика это шедевр. Прошёл март, и Алька снова ехала в Москву, несмотря на первую неудачную попытку. Но теперь складывалось, как задумывали: на перроне встречал Алексей, и всё показалось приветливо весенним.
— Загляну на кафедру самое большее на полчасика, — извиняющимся тоном объяснял её любимый профессор. — Зато увидишь мою новую Альма Матер.
Шуваловский корпус ещё пах свежей краской. Светлое современное здание украшало Ломоносовский проспект. Алька невольно оглядывалась на оригинальные архитектурные решения.
— Сами ещё осваиваемся, — усмехнулся Алексей, — с прошлой осени переезжаем.
Археологов естественно загнали на самый верхний этаж. Он оставил её в коридоре на подходе к кафедре. В приоткрытую дверь соседней аудитории слышался хорошо поставленный явно не молодой голос лектора.
— Наша жизнь чистый парадокс куда, ни ткнись. В основе каждого матрица нано мира. А в ней колоссальный объём информации по созданию космической структуры, если сравнивать размеры с исходником.
Алька не первый год работала со словом, чтобы оценить ловушку фразы. Она чуть заглянула в щёлку. Дно амфитеатра, откуда вещал преподаватель, не просматривалось.
— Отвлечёмся от страстей нашего масштаба. Рассмотрим механику процесса. Две ДНК: яйцеклетка и сперматозоид. Первая многократно больше и начинает формироваться ещё во внутриутробном развитии. Второй победитель: из сотен тысяч конкурентов к финалу добираются единицы. Случай и яростная схватка сопровождают появление всего живого.
Алька поняла, что запомнить на лету не получится, и стала рыться в сумочке, ища диктофон. Часть рассказа при этом выпала.
— Небезкофликтно и слияние: своеобразный закон Менделя. Зато в восьмидесяти процентах доминирует опытная особь, гарантирующая стабильность виду. Рецессивная ДНК пополняет банк матриц с шансом повториться через поколение, если, конечно, повезёт.
Алька заметила, как из-за угла вышел Алексей и оглядывается в её поисках.
— Остальные двадцать — экспериментальный фонд развития. Компиляция признаков обоих родителей. Выживаемость не гарантируется, но это среди них гении и уроды, которые обеспечивают гибкость в изменчивой обстановке. За шесть тысяч лет генная матрица обновляется.
Алексей прислушался к теме и хмыкнул:
— Евгений Степанович будит фантазию абитуры парадоксами.
Алька выключила диктофон, и сказка свидания продолжилась. Они гуляли по Москве, которую будила весна, лазили по магазинам и наперебой делились новостями.
Накупили деликатесов, и неспешный романтический вечер в знакомой пыльной квартире превратился в уютный мирок на окраине вселенной.
Долгим утром следующего дня едва не забыли собственно полить цветы. Расставаться не хотелось, но посадить на поезд у Алексея опять не получалось. Нужно было встречать Варвару. Зато теперь заранее купил ей билет СВ, и обошлось без попутчиков в Москве.
Алька попила чаю и включила диктофон. Запись была длиннее ранее услышанного минуты на две и обрывалась фразой:
— Получается воплощения одной и той же матрицы неоднократно совершенствуют стратегию выживания в различных исторических эпохах.
Но Алька на ней уже спала, свернувшись калачиком, на нижней полке.
Подарок любви
Родень 324 год
Лютая казнь незабвенной красоты аукнулась всем. Разобрались не сразу. Эльха даже решила, что Германарих увёз жену на Дунай. О событиях в селении перед порогами глухо молчала вся челядь, боясь попасть под горячую руку. Но сколько ни скрывай, а правда лезла наружу.
Вначале как гром среди ясного неба свалился приказ готов извести знахарок и ведьм в округе.
Сарина по первым проталинам рванула предостеречь Беренику, но живую ту не застала: жена старого донского князя сгорела от мора, не помогли никакие отвары. Возможно и к лучшему: не видела, как расправлялись с её помощницами и соратницами. Отшельниц истребляли тотально.
Повитуха с Дариной (дочь Сунильды) на руках бежала за миг перед тем, как сожгли заимку, и скрывалась по чащам. Эльха заботилась о них как могла, даже Берендею боясь сообщить о девочке. Оставляла в оговоренных местах продукты, вещи, но ведунья была старая. Выжить долго одним в лесу им не под силу. И тут к первому снегу вернулась Сарина, покалеченная с двумя девочками-подранками, но очень вовремя.