— Сами не потянем, — трезво оценил силы вождь непокорённых. — Но за древние устои вступиться благородная цель. Поищем поддержку за морем.
Они тогда не понимали, что кличут стаю волков. Тем более что всё отложилось: римляне погрязли в дрязгах. Пошёл ренессанс прошлых порядков. Но потом христиане взялись за старую веру ещё свирепее.
К тому времени франки, саксы и юты неоднократно участвовали в приграничных стычках.
— Мы разработали совместный план, — делился с Ильдиной муж.
Неожиданным общим ударом они обезглавили римские гарнизоны. Восстание поддержал народ и даже в варварской среде части легионеров. Почти без сопротивления прошли до Лондиниума. Год власть в Британии валялась в пыли.
Но открылась и другая сторона. За светлыми идеалами: пошёл невиданный грабёж римских поселений.
— Должны же мы как-то расплатиться за помощь. — Неуверенно пожимал плечами муж на удивлённый взгляд Ильдины.
Настроения и положение менялись. И тут империя очнулась: прислала на подавление отца и сына Феодосиев. Блестящий стратег учил смену идти к победе пошагово
Военный смерч покатился обратно. Пиктов и ютов разбили один за другим. Саксов громили на море. Часть добычи пошла прахом.
Ильдина уже боялась, что не останется места на родной земле. Муж, два сына и дочь погибли на линии вала Антонина. Так далеко римляне не заходили давно. Ночью раненная едва добралась до своих. Прорыва ждали в любой момент. Племянник мужа срочно стал у руля. Из дворца не выкинули, но коморка, которую она занимала теперь, свидетельствовала о бренности земного бытия.
Возраст, ранение, похороны не оставляли желания жить. В последней битве потеряла кольцо, полученное от матери Константина и древний браслет в виде змейки, и это тоже добавляло тоски.
Рана на плече подгнивала, ночами тряс озноб. А вчера приплыла старшая дочь, уговаривая её уехать к ней. Казалось бы, ничего уже и не держало, но решит ли это проблемы.
Наутро осталось только желание вдохнуть свежего воздуха. Как в тумане добралась до ограды.
Деревянная крепость пиктов на стратегической высоте контролировала подходы к укреплению в устье реки Нес, вытекавшей из реликтового озера.
Серое небо сосновый бор последнее прибежище для свободных, на эти земли никогда не ступала нога солдат империи. Старая женщина воин куталась в шерстяной плащ, глядя на знакомые окрестности.
Грива в прошлом золотых волос поредела и выбивалась седыми космами из-под капюшона. Боевые татуировки на сморщенном теле теперь быстрее пугали. Ильдина никак не могла решить: где упокоиться после смерти.
В рукаве устья стоял флот зятя из-за Северного моря. Деревянные драконы на носах отражались в речной зяби. Она видела, как гости ходили по торжищу, прицениваясь, на что обменять свои товары. Сильно сомневалась, что её особа истинная цель путешествия. Те уже привыкли набивать лодки имуществом разорённых римских селений. Не погнушаются и добром бывших союзников.
Младший сын Ильдины отказался уезжать за море, он собирался назад на остров Мону помогать друидам. Голова закружилась, отзываясь предательской слабостью в коленях. Едва не рухнула на ступеньку деревянного настила.
Она тоже никуда не поедет! Не покинет родные могилы. Самой почти ничего не осталось. Сегодня же отдаст дочери семейную реликвию — золотой пояс, вшитый в кожаный корсет.
Медленно поплелась назад в коморку. Миновала высокое крыльцо, и в глазах предательски потемнело. Свалилась на завалинку у двери своего закутка.
За крыльцом послышался срывающийся басок Будли первого внука от старшей дочери.
— На обратном пути свернём на юг вдоль побережья франков. Давно там не щипали селений. — Два подростка наверняка повторяли за взрослыми, им ещё не хватало опыта смолчать. — Не возвращаться же назад пустыми…
Юноши с огромной собакой вышли из-за угла. Рослый, светловолосый внук Ильдины бросил палку, и животное помчалось за игрушкой, распугивая окружающих. Надменно вскинув голову, Будли оглянулся вокруг.