В перерыве наткнулся на соперника по поединку. Стало стыдно за подлый приём.
— Машинально поранил, — неловко оправдывался Зихрид.
— Военную хитрость никто не отменял, но в бою за этим последовала бы смерть, — Дитрих неожиданно искренне улыбнулся и подмигнул. — Мне ваша дама точно не нужна. Рад был помочь.
Разве объяснишь им всем, как ноет сердце, обречённое на вечную тоску. Зихрид поплёлся в барак.
— Жаль меч Регин обещал отдать только завтра. Тогда победа не выглядела бы так жалко. — Добавляло безысходности бурчание Мимира.
На следующий день пошёл в королевские покои. Теперь не отмахнулся от предложений Гунтера. Мысли об отъезде покинули навсегда.
Она словно ждала у окна. Мимолётная улыбка опьянила. Даже имя звучало как песня: упоение битвы.
Всё ещё под впечатлением к вечеру они с Мимиром направились в кузню оценить мастерство Регина.
— Ты и впрямь волшебник, — Зихрид перехватил тяжёлый сияющий меч из одной руки в другую.
К такому орудию нужно ещё приноровиться, но этот клинок точно отразил бы натиск Дитриха Бернского. Никаких денег не жалко и рукоять осталась прежней.
Он не замечал растерянного, унылого взгляда гнома-горбуна на свою ладонь.
— Откуда у твоего хозяина заветное кольцо? — Неожиданно спросил тот Мимира.
Зихрид невольно посмотрел на вторую фалангу мизинца. Материнский подарок налазил только туда. Специально вынул его из потайного кармашка пояса, в надежде подарить Кримхильде, но случая не представилось.
— Это древняя реликвия моей семьи, — цедил он сверху вниз кузнецу чародею.
— И ключ к проклятому кладу…— лепетал, совсем павший духом, гном.
А потом уродец шустренько побежал к двери, оглядывать окрестности.
— За ним охотится Хаген, — едва прошелестел он на ухо Мимиру, — В полночь у гибельной запруды…
— А расплатиться? — Удивлялся Зихрид, пока Регин их срочно выпроваживал из кузни.
Место, назначенное гномом, пользовалось дурной славой: к небольшой запруде обычно прибивало утопленников.
Полная луна серебрила ивняк, склонивший ветви к самой воде. Осматривались по сторонам, когда две цепкие руки с неожиданной силой затянули под шатёр листьев. В пыльной тьме гном прятался за корягой старого ствола. Они тоже затаились. И не зря! Послышался топот. По берегу, кто-то метался, похоже, за ними следили.
Когда всё стихло, крались вдоль кустов к следующим зарослям, там лежал припрятанный ялик. Зихрид не понимал смысла большей части действий. Но это было так увлекательно. Лежа на дне хлипкой лодочки и глядя в небо, он словно плыл не по реке, а по млечному пути среди звёзд. Рука гнома иногда поворачивал руль, пока их не прибило к холмам каких-то предгорий.
Конспирация продолжалась, но при входе в пещеру Регин зажёг факел. От поворотов и щелей кружилась голова. Закралась подлая мысль: не слишком ли они доверились. Сомнительно, что смогут сами выбраться назад.
В нише стоял большой сундук. Горбун откинул крышку: тот наполовину был завален золотыми и серебряными монетами, слитками и драгоценными камнями, а сверху лежало точно такое же кольцо как у него, только мужского размера. От перспектив спёрло дыхание.
Три последующих дня они с Мимиром обсуждали: где спрятать неожиданно свалившееся богатство. И получалось, что некуда. Отправить к Фарамонду — концов не найдёшь. Здесь, от слежки Хагена не скрыться.
Гном заметно повеселел и согласился потерпеть, пока они определятся с перевозкой. Они же не знали, что легенда гласила хранить сокровище до появления владельца с кольцом дублёром. А сундук уже наполовину пуст. Но Зихрид представления не имел, откуда на него вообще свалился этот клад.
По-настоящему его волновали только встречи с Кримхильдой, и теперь всё стало иначе. Если грамотно распорядиться богатством, на крайний случай можно просто умыкнуть девушку, он чувствовал, что ей не безразличен. Даже перекинулся парой ничего не значащих фраз в присутствии её сопровождающей. Заглянуть в фиалковую бездну стало глотком воды в пустыне.
Быстро распорядившись тренировками своего отряда, он словно заведённый каждый день привычно отравлялся в резиденцию. В прохладном зале у окна за вышиванием сидела неотразимая юность. Пожилая женщина, которая повсюду ходила за ней, сматывала шёлковые нитки в небольшие клубки.
— Где Гунтер? — Спросил первое, что пришло на ум Зихрид.
Странно, но новоявленный друг сегодня так и не появился на ристалище. Кримхильда улыбнулась. И объяснение «дуэньи», что того вызвали к воротам, звучало для него как из тумана.