Как-то она зашла за документами в другую комнату и услышала разговор Доун с секретаршей Дженнифер:
— …она такая славная и так много для меня сделала. Иногда я чувствую себя виноватой, ужасно виноватой перед ней из-за ее мужа.
Доун заметила испуганный взгляд Дженнифер, смотревшей ей за спину, обернулась и увидела Лену.
— Ох, миссис Грей… — Доун покраснела. Лена стояла и молча улыбалась. — Миссис Грей, вы знаете, что я имею в виду. Это была всего лишь шутка. Ничего серьезного…
— Знаю, Доун. Маленькая шутка, только и всего.
— И вы не сердитесь?..
— Из-за того, что Льюис — большой шутник? Господь с тобой, Доун, за кого ты меня принимаешь? — Она повернулась и ушла.
Лена едва успела добраться до ванной. Там ее вырвало в раковину. Льюис и эта девушка… Он знал, что Доун пришла в «Драйден» по рекомендации Лены… Она сполоснула лицо, поправила косметику, вернулась к своему письменному столу и до конца дня старательно избегала Доун.
Вечером она зашла в кабинет Джесси и намекнула, что с удовольствием избавилась бы от Доун Джонс.
— Я скучал по тебе, когда ты была в Бирмингеме, — сказал ей вечером Льюис.
— Я ведь уезжала ненадолго.
— Но это время показалось мне вечностью.
— Работа была тяжелая, — сказала она. — К концу мы с Доун едва не охрипли.
— Доун? — переспросил он.
Лена подняла взгляд. Похоже, он не помнил Доун. Искренне. «Шутка» была такой ничтожной, что не оставила и следа в его памяти.
— Доун Джонс. Ты должен ее помнить. Когда-то она была секретаршей Джеймса Уильямса.
— Ах да. — Теперь он вспомнил. — Ну и как вы с ней ладите?
— Хорошо ладим. Но мне кажется, она увольняется из агентства.
— Серьезно? Почему?
— Я еще в этом не уверена, — ответила Лена и переменила тему.
Рита удачно устроилась в дублинское агентство по прокату автомобилей. Она встречалась с одним из своих коллег родом из далекого Донегала и постоянно вспоминала цыганку, которая сказала, что она выйдет замуж за человека издалека. Коллегу звали Тимоти, и он собирался познакомить Риту со своей матерью.
Рита не скрывала от него, что она родом из простой семьи и родители потеряли к ней интерес, когда она стала работать служанкой у Макмагонов. Она не хотела, чтобы у Тимоти сложилось ложное впечатление. Тимоти ответил, что это его ничуть не волнует. Все это предрассудки; Ирландия изменилась и время тоже.
Пару раз Рита хотела познакомить Тимоти с Кит. Если бы она могла назвать подругой красивую и уверенную в себе студентку колледжа, это повысило бы ее шансы. Но Кит и без того хватало дел, а злоупотреблять их дружбой Рита не хотела. Когда-нибудь Кит познакомится с Тимоти. Всему свое время.
Эммет шел к Келли, чтобы рассказать Анне о предстоящей поездке в Дублин. Кит встретит его на вокзале, а остановится он у Филипа О’Брайена, который, похоже, стал совсем другим. Они сходят в кино, а потом отправятся в парк Брей на аттракционы. У Кит есть подруга, и брат этой подруги, студент-юрист, покажет им тюрьму и человека, который умеет делать татуировки.
Уик-энд будет просто потрясающий. Он давно мечтал об этом. Конечно, ему не хочется уезжать из Лох-Гласса и оставлять Анну, но ведь она сама недавно была на школьной экскурсии, затем участвовала в каком-то собрании по профориентации, и он не видел ее целую вечность.
Дверь открыла Лилиан Келли.
— Привет, Эммет, — удивилась она. Что-то в ее голосе насторожило мальчика. Но он ничего не сказал, только улыбнулся. — Я думала, что Анна с тобой, — объяснила Лилиан.
Кит не знала, как сказать отцу и Море, что она будет развлекать Эммета в Дублине на свои деньги. Она с удовольствием купила бы подарки и им тоже, но объяснить, откуда на нее свалилось такое богатство, будет трудно.
Она помахала рукой, и Эммет увидел ее.
— Видишь вон тот автобус? Бежим! Сядешь на переднее сиденье. — Кит схватила его за руку, и они побежали к автобусу, который шел в центр города.
— Надо же, оказывается, ты хорошо знаешь Дублин, — с завистью сказал Эммет.
— В следующем году ты и сам его узнаешь. Разве не так?
— Так. — Тон у него был не слишком веселый. Ну и что? Человек устал с дороги.
— Сначала я покажу тебе мою квартиру, — сказала Кит, решив не забивать себе голову пустяками.