Отшельница решила облегчить Море Хейз задачу:
— Конечно, вам она известна. Вы ведь здесь частый гость.
— Да, я приезжаю почти каждый уик-энд. У моей сестры такой уютный дом…
— В один прекрасный день у вас может появиться такой же.
— Многие считают, что я слишком стара для таких вещей.
— Только не я, Мора. Я никогда не была сторонницей ранних браков — они часто бывают неудачными. Опасность же поздних браков лишь в том, что не всегда можно восполнить потерянное. Она сильно возрастает, если человек пытается слепо копировать прежнюю жизнь. Но вы вряд ли станете это делать.
— Верно. Если бы такое случилось, я действовала бы совсем по-другому.
— Ну что ж… Если так, то я уверена, что у вас все получится.
Чайник, стоящий на плите, забулькал, засвистел, и старая монахиня ловко сняла его с огня.
К концу чаепития им удалось решить многое. Конечно, никаких имен не называлось, однако Мора поняла, что, если Мартин Макмагон решит вступить с ней в союз, его дети и прислуга возражать не станут. Дочь Кит едет в Дублин изучать гостиничное дело. Сыну Эммету, как большинству мальчишек, все безразлично. Служанка Рита спит и видит, как бы передать семью в хорошие руки, переехать в Дублин и устроиться в агентство по прокату автомобилей. Рекомендация лох-гласского гаража Салливана поможет ей получить хорошую должность и начать новую жизнь.
— Я при всем желании не могла бы стать такой, как Элен, — еле слышно сказала Мора.
— Нет. Конечно нет.
Море отчаянно хотелось знать, какой была Элен. О чем она рассказывала отшельнице? Знала ли сестра Мадлен, что не давало этой женщине покоя и заставляло ее кружить по Лох-Глассу? Но спрашивать об этом не имело смысла. Монахиня посмотрит на озеро, в котором Элен нашла свою смерть, и отделается какой-нибудь общей фразой. Мол, чужая душа — потемки… Поэтому Мора заговорила о другом:
— Если бы из этого что-то вышло… и мы с Мартином стали жить вместе… Как по-вашему, Элен Макмагон этому обрадовалась бы или огорчилась?
Казалось, взгляд монахини был устремлен не на озеро, а в вечность. Она долго молчала, а потом промолвила:
— Думаю, обрадовалась бы. Очень обрадовалась.
Они переехали в новую квартиру через две недели после Скарборо. Льюис был счастлив, больше не упоминал об Испании и не говорил, что все люди поставили на Англии крест и мечтают унести отсюда ноги. Он стал прежним Льюисом и почти забыл свою черную меланхолию.
Почти, но не совсем. Возвращаясь поздно, он страшно злился, если Лена спрашивала, почему он задержался.
— Дорогая, неужели я должен являться домой как на работу? — нетерпеливо спрашивал он.
Конечно, ее подозрения насчет уик-энда оказались беспочвенными. Многие жалели, что ее не было в Скарборо; мероприятие оказалось совершенно невинным. Мысль о том, что у Льюиса была интрижка с Доун Джонс, могла прийти в голову только маньяку. Доун изо дня в день работала с ней бок о бок, в том числе и сверхурочно, чтобы успеть все закончить к официальному открытию нового офиса. Если Льюис звонил, Доун отвечала: «Добрый день, мистер Грей. Сейчас я ее позову». Говорить так и при этом скрывать связь мог бы только выпускник Шекспировской театральной академии. Лена понимала, что ее подозрения беспочвенны, но чувствовала, что рядом с ней совсем не тот Льюис, который так охотно и беспечно сбежал с ней в Лондон.
Она по-прежнему была готова забыть ради него весь мир, но нынешний Льюис на это не был способен. Иногда он засиживался с сослуживцами по «Драйдену» в пивной на углу. Это гораздо веселее, чем пить пиво у себя на кухне.
— Пивная тебе дороже дома, — однажды сердито сказала Лена.
— О боже! Если я говорю тебе, куда пошел, ты обижаешься, а если не говорю, обижаешься тоже. Раз так, давай сходим в хозяйственный магазин и купим гирю с цепью. Это убережет нас от множества неприятностей.
— Не говори глупостей, — наигранно весело ответила Лена, пытаясь замаскировать свой страх.
Льюис смотрел на нее с нескрываемой досадой.
Новый офис торжественно открыли в мае. Доун снова фотографировали, и Лена снова сумела остаться на заднем плане. Теперь у нее было для этого правдоподобное объяснение.
— Наш директор мистер Миллар и главный администратор мисс Парк собираются вступить в законный брак, — сказала она прибывшим на презентацию репортерам.
Никто, кроме коллег Лены, не заметил, что она чего-то недоговаривает и избегает объектива. Разве что некоторые клиенты. Почему она это делает, знали только Льюис и Айви.