Эти слова показались Елене знакомыми. Гроа’Рагнал так не говорил, пусть и умел красноречиво высказываться.
— Узнаёшь ли ты эти слова, К’Хиена?
— Могу лишь предположить.
— Хм... Попробуй.
— Это Хёрниг?
Аркадия резко закрыла книгу и поставила её на полку стеллажа, который в мгновение пропал.
— Мы обе знаем, что «вечная зима» — не первый случай, — проговорила Богиня. — Баакен стал символом раздора, посеяв семена недоверия среди наших народов.
Перед глазами Белой предстали знакомые образы.
— Я помню. Задолго до того, как Клаудия предала нас, мы по ошибке убили первого Вестника, спровоцировав нападение имперской армии.
— Хм... Скажи, почему Вестники начали появляться так рано? Ещё до той мрачной ночи, когда «Госпожа Удача» проникла в мёртвый город и украла клинок Владыки?
Эти слова поставили Елену в тупик. Она предполагала, что кто-то забрал меч, но чтобы Элизабет… А вот лично её мучил другой вопрос: Сиф и Астра знают об этом?
— И как думаешь, кто будет следующим Вестником, К’Хиена?
— Я… Я не знаю. Вероятно, это Коруд, но его появление — смерть природы как таковой. «Вестник Чёрной смолы» уничтожает жизнь как явное. Мы бы заметили. Да и не понимаю, зачем ему появляться в такую суровую зиму, — Белая смотрела в сторону балкона, откуда хорошо виднелась снежная метель.
«Высокорождённая» улыбнулась. После бросила к лапам своей гостьи череп, покрытый чёрной плесенью. Он испускал смрад и зловещий шёпот.
— Он мёртв уже около пяти веков и двадцати лет. Как же Шабаш этого не заметил?
— Подождите… Я помню, — волчица сразу почувствовала неприятный зуд на задней лапе. — Тогда, в подземном городе, возникла неизвестная болезнь, разрушающая тело и душу…
Вдруг она резко замолкла. Тяжело вспоминать время, когда приходилось массово хоронить ещё неродившихся детей.
— Дело не в том, что происходило однажды, — Аркадия подошла ближе. — Мы должны заботиться о будущем, перестраивая настоящее. Горевание о былых днях неуместно.
— Давайте начистоту: зачем я здесь?
Рядом с Богиней появился силуэт крылатой волчицы Клаудии.
— Это Клаудия?
— Да. Но не замечаешь ли ты, К’Хиена, некое отличие в её сущности?
Волчица подобралась ближе, рассматривая мрачную ауру «подруги». Вскоре ей на глаза попался еле заметный сине-голубой огонёк, пылающий в груди.
— Что это?
— Результат вашего с Клаудией плана, — когда «Высокорождённая» вытащила огонёк, рядом появился силуэт молодого Охотника Джека. — Вы хотели, чтобы он встретил свою мать, но, в итоге, сын Александра «Седогрива» начал менять расположение всех фигур на шахматной доске, прямо как однажды его отец. Ты провела с ним много времени, скажи, чем Джексон Дейс такой особенный?
Елена задумалась. Если бы это сказал кто-то другой, она в жизни не поверила бы, что Клаудия начала меняться в лучшую сторону. Не существует в мире чар, способных развеять тьму даже в таких небольших масштабах. По крайней мере, после инцидента в Лоране такого никто не практиковал. И если Джек смог изменить расположение духа крылатой волчицы, это может стать прекрасной возможностью в будущем.
— Что ж… Я дам тебе время подумать, — ударив когтем по полу, Богиня переместила Белую Елену в Брукс, прямо в бар «Сиреневая фея».
— У вас хорошо получается вести «диалог» со смертными, Аркадия, — появился за спиной Диксон. — Информативно.
— Кто бы говорил, Диксон. Сам недавно высокомерно пытался запугать «Дитя Мрака». И как, успехи есть? — на её вопрос не последовало ответа. «Высокорождённая» и так знала, что сын Стара провалился. — Нечего сказать?
— Вам и так известен ответ.
— Твоя мордашка легко читается, Диксон, — Богиня вновь встала около окна. — Не пытайся быть нами. У тебя плохо получается изображать высокомерие.
— Ладно, у меня у самого челюсть чуть не окаменела от переизбытка серьёзности, отныне чёрного дракона не узнать. Будто он поменял свой характер с кем-то жизнерадостным.
Аркадия не злилась на ещё неопытного полубога. Тот хоть и пережил смерть при рождении, его самоуверенность очень часто играет злую шутку. Характер подростка даёт о себе знать даже в самые серьёзные моменты.
— Я старался как мог.
— Весь в отца, но я не сержусь. Лучше скажи, что ты думаешь о Клаудии спустя столько времени знакомства?
— В каком плане?