– Не нравится? – удивился Мартин.
– Да, не нравится! – заявил Арчибальд. – Сделай меня… свирепым снежным барсом! Аррррр! Или свирепым снежным тигром. Или…
– Будешь мне надоедать, – пригрозил Мартин, – сделаю тебя свирепым снежным хомячком. Или вообще какой-нибудь снежной букашкой – чтоб тебя было не видно и не слышно.
Арчибальд надулся от возмущения, но ответить не успел – ему помешала Анхен. Она вбежала в комнату со словами:
– Мартин, я дома!
– Всё, Арчи, исчезни! Какое счастье, что, кроме меня, тебя никто не видит! – Сказочник велел оленю убираться и поспешил навстречу любимой. – Анхен! Наконец-то! Как ты вовремя!
– Вовремя? – улыбнулась Анхен. – Ты закончил сказку? Почитай!
– Эй-эй-эй… Ничего он не закончил! – замотал рогами олень.
– Не закончил, – признался Мартин и обнял Анхен. – Просто очень соскучился.
– О-о-о-о-о-о-о! Началось! – со стоном закатил глаза Арчибальд.
Анхен расстегнула пальто, размотала шарфик. Мартин помогал ей снять тёплую одежду и одновременно корчил выразительные гримасы за её спиной, давая оленю понять, что он тут лишний. Но Арчи лишь демонстративно отвернулся и стал шелестеть листами на столе, всем своим видом демонстрируя, как ему не нравится то, что на них написано. Мартин сердито отобрал у него листы и перевернул их текстом вниз.
– А у меня для тебя сюрприз! – радостно сообщила Анхен.
– Сюрприз? Здорово! Но ведь Рождество ещё не наступило? – удивился Мартин.
– А я не хочу ждать, – заявила Анхен и протянула коробочку, перевязанную красной шёлковой лентой.
Мартин развязал ленту и достал хрустальный кулон, грани которого засверкали в отблесках пламени камина. Сказать по правде, такой подарок его немало удивил. С чего это Анхен пришло в голову дарить ему украшение? Он ведь никогда не носил подобные вещи.
– Хрустальное сердце? Красивый кулон… – с улыбкой произнёс он. – Милая, а ты уверена, что это мне? Может, тебе он больше подойдёт?
– Уверена! Между прочим, кое-кто намекнул мне, что он волшебный! – Анхен решительно надела подарок сказочнику на шею.
Если бы при этом не присутствовал Арчибальд, оно бы было ещё не так страшно. Но олень, разумеется, никак не мог промолчать.
– А тебе идёт! Всегда так ходи! – давясь смехом, заметил он. – Только к нему для комплекта не хватает серёжек. И чего-то, знаешь, типа короны. Чтоб со звездой во лбу…
– Ах, Мартин! Тебе так идёт! – воскликнула вслед за оленем и Анхен.
– Я же говорил! – обрадовался Арчибальд.
Мартину ничего не оставалось, кроме как посылать ему весьма выразительные взгляды. Но ничего – они ещё поговорят. Потом.
– Спасибо тебе, конечно, – сказал он Анхен. – Но это даже как-то слишком романтично…
– Я почему-то уверена, что этот кулон, действительно, волшебный, – улыбнулась Анхен. – Как и твои сказки!
– Ну, с этим я бы лично поспорил, – пробормотал Арчибальд.
– Не начинай, – отозвался Мартин. Кто его вообще спрашивал, этого оленя?
Вот только Анхен Арчибальда не видела. Ей казалось, что Мартин разговаривал с ней. Поэтому она сказала решительным тоном:
– И не спорь. Знаешь, мне кажется, это Рождество будет особенным! У тебя всё обязательно получится! Как же я хочу, чтобы твои сказки прочёл весь мир! Пусть все-все-все узнают, какой ты у меня талантливый!
Этот день накануне Рождества был таким волшебным. Доброй сказкой входил он в дом. Тихой нежностью звучали слова. И огонь свечей будто танцевал, и снежинки за окном кружились в такт неслышной музыке.
– С тобой вдвоём мне дорого каждое мгновение, – сказала Анхен. – А мой подарок – «Хрустальное Сердце» будет тебя защищать. Ты только береги его.
– И оно будет исполнять желания? – с улыбкой спросил Мартин.
– Будет, – заверила Анхен. – И наша любовь, и наши разделённые мечты всегда будут с нами.
– Это моя самая драгоценная сказка, – признался Мартин. – Та, которая про счастье быть с тобой.
– Мартин, ты – настоящий волшебник, – воскликнула Анхен.
В тёплом уюте этих минут трудно было представить, что разговор двух любящих людей слушает не один, а целых два непрошенных слушателя. И если Арчибальда не замечала только Анхен, то второго, приникшего к замёрзшему стеклу, не видел и Мартин. А ведь это был посланник злой ведьмы, филин Филлип.
И никто не слышал, как бормотал он себе под клюв страшные слова.
– Её Ледяная Снежность, как всегда, были правы! Сердце этого сказочника станет украшением её коллекции. И кто его нашёл? Мудрый и зоркий Филипп! Скорее во дворец – обрадую госпожу!