Тихо зайдя в дом, я почувствовала тепло на сердце. Здесь ничего не изменилось: с левой стороны находилась гостевая комната, а за ней – огромная дубовая лестница, ведущая на второй этаж, к спальням. По правую руку – ванная и чуть дальше мини-кухня с современной бытовой техникой, разграниченная с гостиной барной стойкой из натурального камня. Прямо передо мной, чуть углубленный в пол относительно холла, располагался уютный зал с камином по левой стене и п-образным бархатным диваном в центре, окружившим кофейный столик, полностью сделанный из стекла. А дальше – великолепная, всегда сервированная столовая и выход на террасу. Здесь было спокойно и привычно – глаза защипало от слёз радости. Я была счастлива вернуться, вдохнуть родной аромат хвои, цитруса и корицы: здесь всегда пахло Рождеством и сказкой.
– Надо быстро решить этот вопрос, чтобы в дальнейшем не возникло непредвиденных проблем… – тихий голос отвлёк меня от созерцания.
Я с любопытством стала их разглядывать. Слева, спиной к незажжённому камину, сидел мой брат Даян, его волосы стали чуть темнее, чем я помнила, цвета охры с золотыми переливами на свету. Чёлка теперь гораздо длиннее, небрежно ниспадает на карамельного цвета глаза. Хотя остальные волосы были аккуратно подстрижены.
С брата я перевела взгляд на близнецов Марка и Мэтта. Они были внешне похожими, как две капли воды, но совершенно разными по характеру, что очень сильно выражалось в выборе одежды, причёсок и аксессуаров. Марк, всегда сдержанный, с аккуратно зачесанными волосами, предпочитал деловые костюмы, а Мэтт же словно только что пересёк полстраны на байке: растрёпанные каштановые волосы, джинсы с прорехами и кожаная куртка – эдакий хулиган.
Последним на глаза попался Кассиан, самый высокий и с безумно проницательными серыми, как платина, глазами. Не хватало в гостиной только одного человека, который всё своё время посвящал работе.
Самое заметное изменение я увидела во всех присутствующих: они стали очень брутальными, взрослыми и, чего таить, довольно устрашающими мужчинами.
Из задумчивости меня вывел удивлённый голос Мэтта:
– Парни, чья это милая дама, и почему она с чемоданом? Если кто-то из вас решил её здесь поселить, Рид вам голову открутит.
Все разом повернулись ко мне, и в зале повисла тишина. Первым в себя, как и ожидалось, пришёл Даян.
– Рейна?..
Он поднялся с дивана и подбежал ко мне так быстро, что я осознала его действия, только когда он закружил меня в своих жарких объятиях на приличном расстоянии от пола.
– Когда ты приехала? Почему не позвонила, я бы встретил тебя в аэропорту! – его глаза блестели, словно у ребёнка, которому Дед Мороз подарил новогодний подарок намного раньше, чем всем остальным.
– Хотела сделать тебе сюрприз.
Как только он опустил меня на пол, я положила обе ладошки на слегка колючие от однодневной щетины щёки и принялась разглядывать его лицо в попытках узнать своего повзрослевшего брата. Он возвышался почти на голову, отчего я казалась совсем крохой, как в детстве. Отойдя от шока, стали подходить и остальные, с пылкостью заключая меня в объятия.
– С возвращением, милая, – пронзительные глаза Кассиана смотрели на меня с таким теплом, что внутри снова разгорелся пожар, давно затушенный моим отъездом.
– А ты повзрослела, даже грудь выросла, – всё тот же Мэтт, хотя для многих он и казался придурком с идиотскими шуточками, на самом деле это был самый ранимый человек из всех, кого я знала. А эта маска наглого мужлана защищала его доброе сердце.
Я обняла его, и парень в ответ поцеловал меня в щёку.
– А ты, видимо, часто её разглядывал, если заметил разницу, –подтрунила я над ним и в ответ услышала заразительный смех, что разнёсся по всему холлу.
Марк держался в стороне, он лишь слегка приобнял меня и произнёс:
– Добро пожаловать домой.
За этой сдержанностью всегда скрывалось смущение и недоверие к окружающим.
Я видела их всех изнутри, в отличие от тех, кто был с ними постоянно, замечая только грубость и внешнюю оболочку.