А с Даяном я стал почти родственником, он навещал нас каждые два дня и подолгу расспрашивал сестру о её жизни вдали от него. Он будто подпитывался от неё позитивом и становился менее агрессивной версией того человека, с которым познакомился я.
Сестра делала из него мягкого и заботливого добряка, её отсутствие – жестокого убийцу. Когда я узнал, что они не родные, то даже не поверил, пока Рейна не подтвердила это. Их связь была на каком-то неизвестном мне уровне, они словно подавляли негатив и подпитывались силами друг от друга.
Я никому из них не рассказывал про множество мнимых похитителей, пытаясь разобраться в этом лично.
– Будешь болеть за меня сегодня?
– Как всегда, здоровяк.
Я долго не рассказывал ей, что сам обучаю своих ребят, и это не всегда приличное зрелище. Я не ждал от неё понимания, но её реакция меня удивила, и, изъявив желание, с того дня она постоянно ездила со мной и придавала мне своеобразной гордости. Все мои парни горели завистью, так как их вторым половинкам либо это было неинтересно, либо они вообще этого не одобряли. Мы же поддерживали друг друга во всём.
– Я приготовлю завтрак.
Медленно поднявшись и покачав аппетитной, еле прикрытой моей футболкой попкой, она удалилась на кухню, а я с кровати мог наблюдать за всеми её движениями.
Кофейня процветала. Рейна загонялась, что всё должно быть высшего качества, от интерьера и продуктов до обслуживания. Соответственно, сервис сыграл на руку, и люди нескончаемым потоком посещали заведение. Рё была очень нежной со мной, Касом и братом, но на работе вела себя, словно фурия, и за малейшие провинности могла без сожаления убрать ненужных ей людей.
Зацепив по дороге кофе и проверив, всё ли идёт хорошо, мы отправились в торговый центр и пробыли там без малого четыре часа. Определившись с подарком, направились к моим парням, которые уже ждали нашего появления.
Моим соперником на сегодняшний день был новичок. Он не продержался и двух минут, что меня весьма расстроило. Ринг – это одно, а бойня на улице – совершенно другое, и они должны уметь постоять за себя и своих близких.
Мои «обучения» участились. Если раньше я присутствовал здесь раз в месяц, а то и реже, то теперь принимал участие в тренировках почти каждую неделю. У меня были эгоистичные мотивы: я должен был быть уверен, что если мне придется куда-то уехать, то любой из моих людей сможет защитить Рей. А ещё адреналин, получаемый от ринга, помогал справляться с желанием, но ох как ненадолго.
Я хотел её, как обезумевший, боялся сорваться от любого прикосновения или игривого взгляда, но через силу держался.
После того как Рид попытался надругаться над Рей, она очень остро реагировала, если я переходил черту. Поцелуи и объятия девушка получала и отдавала с лихвой, но стоило мне задуматься о большем, как её начинало трясти, и лишь усилием воли я пытался развеять туман в голове после каждого нашего касания, а идти к кому-то не позволяли гордость и любовь к ней.
Я держал обещание ждать, но с каждым днём это становилось всё тяжелее. Из-за этого воздержания я точно понял одно: я влюбился в душу, не зная тела, и эта мысль воодушевляла и придавала мне сил.
Глава 13. Даниэль Росси
После первого оппонента последовал второй, третий и четвёртый. Я был измотан. Пот струйками стекал по спине. Мокрая футболка, через которую просвечивала огромная татуировка, находившаяся на спине и плавно перетекающая на руку, липла к телу. В зале улюлюкали, свистели, подбадривали моего соперника, но даже это не спасло его от поражения.
Парни были возбуждены от адреналина, а моя девочка зорко наблюдала за процессом и одобрительно кивала на удары или комбинации, которые ей нравились.
– Ну что? Кто следующий?
В зале по меньшей мере было около сорока человек. Те, кто не был занят повседневной рутиной или важными обязанностями, всегда приходили сюда, когда я приезжал.
Парни переглядывались, пытаясь обнаружить того смельчака, который встанет в противоположный от меня угол на ринге.
– Я.
Все взгляды повернулись в сторону моей девочки: она, спокойно поднявшись со скамьи, сняла кремовый пиджак, высоченные каблуки и забрала волосы в конский хвост.