Лаптев, криво ухмыльнувшись. – Из нескольких
фотографий мы сделали цифровой образ, а затем
виртуальный фильм. Допустим, все тех же пейзажей
Марса. Это понятно?
- Понятно, - кивнул я, разливая по рюмкам
очередную дозу.
- А в это время орбитальный модуль летает над
Марсом и фиксирует параметры марсианской атмосферы: ну, там направления ветров, давление, температуру. Все
эти факторы мы можем добавить к нашей цифровой
модели…
- …И получить картинку, как будет выглядеть
марсианский пейзаж, например, во время пылевой бури!
– догадался я.
- В корень глядишь, провидец! – Митяй хлопнул
меня по плечу и взял рюмку с водкой. – Пьем за
писательский талант и проницательность!
- Любопытно… - задумался я, когда мы выпили. –
Ну, а достоверность такого фильма? Придумать, 313
Хрустальные небеса
нафантазировать с помощью компьютера можно с три
короба…
- Достоверность, говоришь? Сиречь – практическая
ценность… Тебя удовлетворит, любезный мой друг, если
я скажу, что наши виртуалфильмы дают совпадение с
реальными событиями на 98,7 процента? Проверено
здесь, на Земле, и уже многократно!
- Солидно, - закивал я. – Хорошая методика для
изучения планет!
- Ха, и не только планет! – замотал пальцем у моего
носа Лаптев. - Есть и другие применения нашей
разработки.
Он осторожно пошарил рукой на полке над
журнальным столиком и вытащил пластиковую коробку
со старыми DVD-дисками. Взял первый попавшийся.
- Это что за киношка?
Ага… «Семнадцать
мгновений весны». Так вот наша программуля позволяет
создать цифровой образ этого мира штирлицев и
мюллеров…
- Фильм и так уже давным-давно оцифрован, -
возразил я, постучав указательным пальцем по конверту
с диском. – Лет пятнадцать, как его перегнали с пленки в
«цифру».
- Я не об этом, - досадливо поморщившись, покачал головой Митяй. – Наша оцифровка позволяет на
основе виртуального образа создать сколько угодно
новых фильмов – и приквелов, и сиквелов. Можно
вообще загнать в один фильм людей из разных времен: Тихонова, Хабенского, Мэрилин Монро, Чаплина…
Зритель будет абсолютно уверен, что снимаются в кино
настоящие актеры!
- Ничего себе! Это же революция в киноиндустрии!
- Еще какая революция! – Лаптев гордо выпятил
грудь. – Голливуд отдыхает!
Мы выпили еще по одной за «кинореволюцию», и
Димка доверительно сообщил:
- Кстати, наша методика позволяет определить
достоверность любой фотографии или кинопленки.
314
Хрустальные небеса
- Любой? – усомнился я.
- Любой! – Лаптев хлопнул ладонью по столешнице.
– Стопроцентная гарантия достоверности!
И тут я вспомнил о фотографиях, подаренных мне
Игорем Лосевым.
Я тяжело поднялся из кресла – алкоголь уже давал
о себе знать – и подошел к книжной полке. Пакет с
фотографиями обнаружился в том же месте, в которое я
сунул его почти три года назад – в книге по истории
мировой космонавтики.
- Вот, держи! – я разложил три фотокарточки на
журнальном столике. – Сможешь доказать, что это
фальшивки?
Димыч одна за другой взял в руки фотографии, внимательно их разглядывая.
- Черно-белые, - он недовольно фыркнул. –
Старье…
- А что, для старых фотографий ваша метода не
работает? – съязвил я.
- Почему же не работает? – обиженно пыхнул Митяй.
– Еще как работает! Просто черно-белое изображение
нашей программке оцифровывать намного проще, чем
цветное… Это, - как бы помягче сказать, - все равно, что
микроскопом гвозди заколачивать…