уже через пару минут стал похож на размытое пятно, потом на яркую звезду, а затем и вовсе растворился в
бликах солнечных лучей на стекле гермошлема моего
скафандра.
6
Вращаясь вокруг всех трех пространственных
осей, стыковочный отсек медленно дрейфовал по лунной
орбите.
Непосредственная угроза моей жизни миновала, и
у меня прорезалось острое желание оценить в целом мои
шансы на спасение.
Ресурсов скафандра хватит еще примерно на
восемь с половиной часов. А потом начнутся большие
проблемы.
335
Хрустальные небеса
Могут ли меня спасти за эти восемь с половиной
часов?
С Земли до окололунной орбиты за это время
просто не долететь.
Поднимать с лунной базы «Селенит» смысла тоже
нет. На корабле топлива хватит только на стыковку с
«Инолусом».
Спасти меня можно с помощью американского
«Мудра» или нашего «Лунника». Сесть в один из
транспортных кораблей и отправиться на поиски
стыковочного отсека и принимающего на его поверхности
солнечные ванны Лёвы Зайчонка. Но для выполнения
этой операции нужно, чтобы на станции нормально
работали системы радиосвязи, поиска и стыковки. А они, как на грех, - по «счастливой» случайности, да? –
вырубились. Значит, на транспортном корабле нужен
опытный пилот для «слепого» поиска. Но Стелла Уилсон
– это бортинженер, Астрид Йенсен – астрофизик, Хосе
Умберто Лопес – селенолог. А единственный опытный
пилот «Инолуса» сидит сейчас на макушке оторвавшегося
отсека и ждет спасателей.
Поэтому спасение утопающих – дело рук самих
утопающих. Но тут перспективы более чем туманны. На
стыковочном отсеке нет ни двигателей, ни системы
управления.
Как не крути, мне осталось только восемь с
половиной часов жизни. Плюс некоторое время на
агонию…
Хотя почему это восемь с половиной? Что у меня
еще есть, кроме скафандра? Правильно, герметичный
стыковочный отсек с возможностью многократного
обновления атмосферы.
Поэтому врешь, не возьмешь, костлявая! Еще
чуть-чуть поживем, побрыкаемся!
Я переместился к боковому входному люку и
стравил давление из отсека с помощью дренажного
клапана почти до нуля. Несколько раз повернув баранку
336
Хрустальные небеса
запорного штурвальчика, открыл массивную крышку и
аккуратно забрался внутрь стыковочного отсека.
7
- Ну-ка, подсчитаем наши жизненные ресурсы, -
сказал я вслух, как только отсек снова наполнился
воздухом. Я снял перчатки и поднял стекло гермошлема.
Целиком скафандр решил не снимать – «Орлан-ЛМ»
одежка не простая, выходить из него и снова забираться
внутрь сложновато даже для опытного космоплавателя. –
Итак, что мы имеем?
Начнем с низменных потребностей. Памперсов в
скафандре хватит на три-четыре дня. Воды в емкости для
питья примерно литра полтора. Питательной кашки в
сосуде,
закрепленном
около
подбородка
внутри
гермошлема, где-то на четыре легких завтрака. А воздуха: дыши – не хочу! Поглотители углекислоты в стыковочном
отсеке работают нормально, поэтому даже без добавки
кислорода в атмосферу, воздуха мне хватит дней на
десять. С электроэнергией вообще нет проблем –
аккумуляторы отсека рассчитаны на полгода полностью
автономной работы.
Живем, братцы! Судьба, наконец-то, послала мне
робкую
улыбку,
и
я
получил
десятисуточный
гарантированный бонус на выживание.
Настроение у меня пошло вверх, как столбик