– Я скучал по тебе, малышка, – он сейчас издевался надо мной?! – И я до сих пор тебя люб...
Вот теперь он действительно меня разозлил.
– Закрой рот и не смей даже произносить этого! Мы уже выяснили, что твоя любовь ничего не стоит, России! Не отравляй воздух своими лживыми признаниями! Ты думаешь, я вернулась, увидела тебя, и всё моментально забылось?! Ты не помнишь, что сделал? Так я тебе с удовольствием напомню, чтобы возненавидеть тебя ещё больше! И да, я ненавижу тебя, России, всем сердцем!
Не сводя с него глаз, я попятилась к выходу и громко хлопнула дверью, оказавшись на улице.
В глазах застыли слёзы, пока я отъезжала от его дома. Любит? Никогда человек не позволит любимому страдать так, как страдала по его воле я! Утерев кулаком скатившиеся из глаз слёзы, я чувствовала, как меня трясёт от гнева и злости. Ненавижу! Всей душой ненавижу эти чёртовы бездонные глаза! Я прикусила нижнюю губу, чтобы хоть как-то переключиться с душевной боли на физическую, во рту начал расплываться солёный ржавый привкус. Я неслась по ночному городу, сдеживаясь, чтобы не закричать, но всё же, не выдержав, несколько раз приложилась к оплётке руля, выплёскивая всю обиду и ярость.
Оказывается, расстояние между нашими домами было гораздо меньше, чем я думала, а может, виной была утопленная в пол педаль газа.
Не сбавляя скорости, я проехала в открытые ворота с визгом тормозов, поднимая клубы пыли, и остановилась на подъездной дорожке особняка. Выпрыгнув из-за руля, словно фурия, я ворвалась в поместье, толкнув руками резные дубовые двери. В доме царил хаос, и я знала причину их обеспокоенности, но я молилась, чтобы никто сейчас не попался под мою горячую руку. Из столовой доносились крики Леона и Торы.
– Рейна? – повернув голову, со ступенек лестницы поднялся обеспокоенный Микаэль.
– Где Кас? – слишком грубо спросила я, но бурлящая кровь в венах не позволила мне извиниться.
– В гостиной.
Я пересекла холл и вошла в просторную гостиную, где Кассиан сразу попался мне на глаза. Он сидел на диване, пытаясь не отключиться, но, услышав шум, поднял на меня глаза. Не тратя времени, я подошла ближе.
– Встать можешь?
Казалось, от моего тона даже мёртвый бы поднялся из могилы.
Он кивнул, медленно принимая вертикальное положение. Нырнув под его руку и закинув её себе на плечи, я обвила его поясницу, а второй рукой поддерживала спереди, положив её на его торс. Кассиана мотало, но он упорно делал шаг за шагом.
– Рейна?.. – послышался встревоженный голос Торы за спиной, когда мы уже вышли в холл.
– Все оставайтесь в доме. Я жива и скоро вернусь, – мне не нужно было оборачиваться, чтобы представить, с каким удивлением они смотрели нам вслед, пытаясь меня понять. Положа руку на сердце, я и сама до конца не понимала, что творю, но знала одно – Кассиан должен вернуться домой.
Аккуратно спустившись с лестницы на гравийную дорожку и усадив Кассиана на пассажирское сидение, прыгнула за руль. Я была благодарна, что никто не вышел из дома, пытаясь нас остановить.
Выехав за пределы поместья, я повернулась к Касу.
– Куда тебя отвезти? – мне пришлось приложить немало усилий, чтобы голос звучал спокойно.
Кассиан медленно повернулся в мою сторону.
– Сегодня же суббота, парни в «убежище», отвези меня туда.
Видимо, эта привычка до сих пор осталась, и они собирались на выходные в домике в лесу. Кивнув, я прибавила громкости на магнитоле, не желая продолжать диалог, и перевела взгляд на дорогу.
Путь до домика занял около сорока минут, и Кас успел задремать, после того, как просверлил во мне дыру своим серебристым взглядом.
Когда мы скрылись от всего мира в хвойном лесу, внутренности скрутило от тоски. Как же сильно я любила это место когда-то! А сейчас… Сейчас мне хотелось, как можно быстрей убраться отсюда, чтобы воспоминания не царапались острыми когтями в голове.
Остановившись возле дома, я несколько секунд медлила, прежде чем разбудить Кассиана.
Здесь ничего не изменилось. Всё те же огромные окна, всё то же дерево с когда-то нацарапанными мною надписями. Припаркованные машины тех же людей, которые оставили неизгладимый отпечаток на моём сердце.
Рейна Брайс сейчас бы с умилением смотрела на это дорогое сердцу место, а Рейна Форестер же хотела спалить его дотла вместе с прилегающей территорией. Если предательство Даниэля в ту ночь ещё можно было хоть как-то оправдать, ведь мы были знакомы всего несколько месяцев, то нож в спину от людей, с которыми я выросла, было не так-то просто проигнорировать. Слайдами в голове начали всплывать картинки самых счастливых моментов, связанных с этим местом, но, сжав зубы, я прогнала их, не желая сдавать позиции, хоть уже и попросила Леона с Торой отказаться от мести.