– Слышали ли вы, бликзерийцы? – вновь обратилась она к залу. – «На рассчитанную долю». Это значит, что каждый получает столько, сколько ему необходимо, потому что он житель «Тесака». Кто-то награждается дополнительным запасом за свою работу, однако каждый получает свое по верному расчету.
Принцесса окинула темным взором посетителей, надеясь на их догадливость, а затем кивнула стоявшему позади стражу. Тот достал из стеганой белой куртки с серебристым узором сверток и твердым голосом принялся читать то, что на нем написано:
«Волей владельца одной из младших лабораторий говорю: вчера ночью было обнаружено непозволительное преступление. Из сейфа малой лаборатории «Ро» для хранения эссенций «Искра» было украдено двадцать обычных колб. До сей поры вор не найден, но обыски приняли суровые меры…»
– Достаточно, Мэял, – остановила его принцесса. – Думаю, что главное было услышано.
Гости зашептались и начали переглядываться друг с другом.
– Не думайте, что я пришла вас обыскивать. Я лишь хотела предупредить преступника, который, возможно, присутствует здесь, что рано или поздно его злой умысел раскроется, а наказание придет стремительно. Но я уже знаю, что он, неведомый мне житель, не бликзериец, а простой человек.
Посетители ахнули.
– Да, вы удивлены, – без смены тона продолжала Коариф. – На «Тесаке» нет место тем, кто не обладает бликзерией, ведь именно эта сила заставляет молниеход двигаться вперед и поддерживать на нем жизнь. Тот, кто не смог перенять магию от своих родителей, ест чужой хлеб просто так, ведь обычный человек не может сделать ничего полезного для «Тесака». Из-за этого он идет на преступления, колеблящие покой «Тесака», например, воровство эссенций.
Атмосфера «Маневра» накалилась.
– И я знаю, что в огородных вагонах также завелся вор, – спокойным тоном добавила Коариф. – Простые люди, в отличие от бликзерийцев, в давние времена питались три раза в день. И сейчас им, думаю, необходимо прокормиться не меньшее количество раз.
Гонец подослал к принцессе разносчика с бокалом гранатового вина. Фелагс признал в нем того молодого человека, который до этого приносил им еду.
Коариф возвышенно вскинула подбородок и, после поклона разносчика, сняла вуаль. На ее лице с острыми скулами не было и тени улыбки.
Принцесса молча взяла бокал и сделала большой глоток.
– Прекрасное вино... – прошептала она, и тон ее приукрасился новой нотой. Властной, пронизывающей, роковой. – Прекрасное.
Коариф ле Дейранг повернулась к стражу и одной рукой выхватила из его ножен сияющий голубизной клинок, а затем насквозь пронзила разносчика. Горький всхлип. Таким же сильным движением она вытащила из его тела окровавленное лезвие.
Гости «Тесака» вкрикнули и попятились, а некоторые женщины в ужасе завизжали. Разносчик уронил на пол поднос, хватаясь руками за рану, и в тяжелых коротких вдохах медленно опустился на колени. Испуганными глазами он рассматривал свои дрожащие руки, обагренные кровью, и Коариф, чье лицо получило свою настоящую гримасу – жестокую, непрощающую и даже дикую. В ответ на его взгляд она отвечала своими суровыми широко распахнутыми глазами.
Аллед возбужденно поднялся с места. Фелагс схватил его за плечо, усаживая обратно.
– Не надо, Аллед. Не привлекай внимания.
На слова друга он ответил взором испуганного ребенка, увидевшего в таком юном возрасте что-то страшное и непростительное.
Коариф вновь кивнула стражам, и они бросились обыскивать тело уже обездвиженного разносчика. В одном из карманов нашлась маленькая склянка эссенции с несорванной маркой, говорившей о том, что она еще не выпущена в оборот поезда. «Искра» из сейфа малой лаборатории.
Принцесса взяла колбочку и подняла ее над собой. Посетители с ужасом вколыхнулись, понимая без слов, что этим жестом говорит Коариф.
– И так будет с каждым человеком, осмелившимся вздумать, что он способен обмануть Экипаж «Тесака», – взбешенно тараторила принцесса. Она все еще держала окровавленный клинок. – Казни не обойдет и тот, кто осмелится его скрывать. Человек на молниеходе – всегда и без исключения преступник!
Она бросила клинок, сделала тяжелый выдох, и, надевая по пути вуаль, широким шагом покинула «Маневр». За ней бросились и стражи, один из которых быстрым движением забрал свое оружие с пола.