Аллед в стороне наблюдал за мерценасами, казавшиеся ему хоть и раздраженными друг другом, как Воррнав, но сплоченными. Каждый действовал так, как сам того пожелал, но другой с легкостью подхватывал идею, даже если она не вязалась с разумными поступками. Если королевские стражи действовали по четкому плану, сливаясь в общую боевую массу, то, знал Аллед, мерценасы проявляли себя поодиночке, но доводили дело вместе до конца.
– Это ему аурифские твари чуть зад не откусили?
Аллед оживился, когда к нему обратился Воррнав – этот лысый мерценас пугал его больше всего. Аллед неловко сжался: огромный бликзериец, пахнущий аурифской кровью, подошел к нему и крепко потрепал по волосам.
– Ну и девчачья же у тебя повязка! – Воррнав ткнул пальцем прямо в камень посередине диадемы. – Недурная цацка, но от аурифов она тебя не спасет. Ты не бойся, дружок, эти белобрысые гады нас не поработят. Как там сказал этот Авасо, будь он неладен? Мы их одной левой! Ха-ха.
Аллед усмехнулся, заражаясь свободной веселостью Воррнава. Фелагс полубоком повернулся к другу, и для Веула, чувствовавшего себя как разбитое корыто, его успокаивающий взгляд был окончательным спасением.
Все было позади.
Снова.
3
«Маневр» кипел бликзерийцами в вечерний час, когда многие из них оставили свои рабочие места до следующего дня. Гонец бойко расталкивал кружки по барной стойке всем желающим, а разносчики вертели полными подносами с едой возле столов. Музыканты гремели бубнами, барабанами и маракасами, кто-то из гостей подыгрывал им звоном ложек. Уже чрезмерно отдохнувшие и распившиеся бликзерийцы напевали свои песни.
– С Дилего все будет в порядке?
Фелагс наполнил бокал Алледа черничного цвета вином из бутылки, принесенной разносчиком, и взглянул на друга из-под бровей.
– Ты из вежливости спросил, так ведь?
Аллед неодобрительно вздохнул, окинув взглядом место, в котором они сидели. То же, что и в прошлый раз: окутанное ширмами и защищенное от чужих внимательных ушей.
– Выпей.
Веул не сопротивлялся. Он сразу же прикоснулся губами к бокалу и быстро осушил его наполовину, почувствовав приятный ягодный вкус с манящей и бодрящей терпкостью специй.
Аллед похлопал ресницами – в глазах завитали точки утомления.
– Это мерценаское вино? «Моление»?
– Да, – удивленно протянул Фелагс. – Откуда ты знаешь?
– Просто предположил.
Мерценас отставил бутылку, налив и себе, и сделал глоток. Все же он был готов ответить на первый вопрос друга.
– Дилего через день-другой поправится, – начал он, и Аллед сразу же отвлекся от бокала. – Он мог и умереть, если бы сам решился раздавить заклинанием аурифов, но Китолле слишком опытный маг, чтобы этого не понимать.
– Я никогда не видел такой силы.
– Это только одна от сотой того, что может боевая бликзерия, Аллед, – делился Фелагс. – Позволить себе роскошь пользоваться другой ее частью могут лишь избранные. Такие мерценасы, как Дилего, способны на многие вещи, но любое заклинание останется шрамом и неизвестно, насколько он будет глубок.
– А ты умеешь делать то, что показал сегодня Китолле?
– Опытные мерценасы знают все боевые заклинания бликзерии, – когда Аллед расширил веки, Фелагс подтверждающе кивнул. – Это правда. Однако самые рабочие из них – это те, которые увеличивают скорость и силу, а также создают подобие щитов от аурифских атак, магические лианы и туман. Остальное – для особенных случаев. И для того, чтобы повыпендриваться.
Разносчик принес блюда и быстро ушел принимать заказы новоприбывших гостей. Оба ели молча, но если Фелагс делал это по старой привычке, то Аллед – от задумчивости и блуждания по мысленным лабиринтам.
– Как думаешь, твои товарищи поняли? – Аллед, не отрываясь от дна тарелки, обратился к Фелагсу.
Мерценас, выплюнув семечко, даже не изменил выражения лица.
– Не думаю. Ты здорово вспотел, но дождь все скрыл.
– Они видели, что аурифы бежали за мной, – Аллед потер фаланги пальцев. – Если в вагоне общего сбора их спросят о пострадавших, то они непременно укажут на меня.