Мелора не успела и вскрикнуть. Фигура прыгнула и насквозь пронзила ее широколезвенным рыцарским мечом. Мелора всхлипнула. Глаза остекленели, закатились, и она упала.
Король вытащил меч и растворил оружие в костлявой ладони. Он повернул к мерценасам свое тонкое лицо в бликсидиановой маске на глазах, выдохнув пар. Фелагс, как мычащий в ужасе Улрей, чувствовал физическую боль, от которой выступили слезы. Черные колосья молний резали сильнее и сильнее, и каждое движение отдавало болезненным уколом.
Король медленно подошел и вновь стал между ними. Снова их слух разрезал невыносимый шепот. Фелагс был убежден, что Его Величество отправит их следом за Мелорой и пожалел, что не смог исполнить волю отца до того, как погибнет.
Король поднял руки и впечатал ладони в глаза мерценасов, обхватив пальцами верхнюю часть лица и виски. Фелагс услышал, как Улрей закричал, но сам он не мог – было так больно, что он хотел умереть в тишине, без своих воплей. Руки короля дрожали под натиском магии, расчищающей в их разуме воспоминания.
Мерценас осознал, как в голове теряются картинки, как он забывает Мелору, погоню за ней, то, что она сделала. Его разум очищался от облика короля, с его длинными белыми волосами и блестящей маской, его несчадной казнью.
Он вспомнил себя и кто он такой, когда очутился в «Маневре» в обществе мерценасов, весело выпивающих за барной стойкой возле Гонца. Фелагсу казалось, что был в другом месте и при иных обстоятельствах, но он счел это такой смешной выдумкой и принял это чувство за дежавю.
Один только Улрей, со стеклянным и уставленным в одну точку взором, вызвал в нем мурашки. Грэз, поднося к губам кружку хмеля, гипнотически промолвил:
– Кто видел Мелору?
Однако никто ничего о ней не слышал с тех пор, как старший мерценас отчитал ее за трусость в битве с аурифом.
20. "ФОЛИАНТ"
Принц «Тесака» меня пугает. Я привыкла, что грубая и жесткая принцесса правит порядком, но он всегда спокоен, его не заботит нарушение закона. Он сам, втихую, создает новые правила, порождаемые его творениями, а принцесса подстраивается и окутывает это шлейфом своей безжалостности. Такой мягкий и чистый этот Толкач. Повторюсь, принц меня пугает… Разве в туманном омуте аурифы не водятся?
Из письма молодой бликзерийки,
303 г. от начала движения
1
Ауриф, вытянув шею, закричал. Сильные, но тонкие ноги оттолкнули его, и чудовище взмыло в воздух. Фелагс, увернувшись в прыжке, ударил аурифа цепями по спине. От боли создание рыкнуло, вытянуло лапу, чтобы схватить мерценаса, но тот отделался царапинами.
Бойко развернувшийся ауриф не давал Фелагсу увеличить дистанцию. Чудовище, ловко управляя своими кривыми лапами, перебегало из стороны в сторону, терясь под пучиной сильного ливня и туманной дымки. Фелагс понимал, что на близком расстоянии от аурифа ему грозит бо́льшая опасность – существо тотчас могло опрокинуть его и вцепиться в глотку. При этом ему было важно взять контроль над чудовищем, который возможно получить только на маленьком отрезке боевого поля.
Фелагс уже крутил в руке новое «достижение» оружейников. По просьбе старшего мерценаса некоторые цепи «Тесака» были доработаны для борьбы с аурифами – на конце некоторых тросов был пристегнут острый крюк. Многие сошлись во мнении, что решение оказалось полезным.
Чудовище, разозлившись, ударило лапами по вагону. Пластина заскрежетала, пошла мелкими трещинами, а затем лопнула, отдавая сильной волной. Фелагса откинуло, цепь выскочила из руки. Чудовище, пользуясь моментом, ударило еще раз, а затем поскакало к мерценасу. Оглушенный от новой волны Фелагс оказался прижатый к вагону лапой аурифа.
Чудовище схватило Келгода за плечи и, приложив огромную силу, вбило его тело в поврежденную крышу вагона. Фелагс сразу же провалился внутрь. Соприкоснувшись с полом, мерценас почувствовал боль, которая усилилась после того, как остатки пластины упали на него сверху.
Очки разбились, все вокруг превратилось в игру калейдоскопа. Через дыру на него глядело множество лиц аурифа. Его черные глаза всматривались в обездвиженного Фелагса с головокружением.
– Фелагс! – послышалось недалеко от него. – Фелагс, ты цел?