Некоторое время после ухода принцессы царили тихие разговоры, покрытые мрачной пеленой. Картотекарь «Маневра» забрал тело погибшего и унес его прочь, а уборщики принялись оттирать кровь с пола. Жители начали расходиться.
Мелззи с тревогой смотрела на Фелагса и Алледа.
– Думается мне, сегодня у Гонца будут одни убытки, – Фелагс задумчиво покачивал бокал в руке. – После такого представления мало у кого будет аппетит.
– Это… – слова Мелззи вырывались с притупленной дрожью. – Просто омерзительно.
Фелагс отпил нектар из бокала, украдкой смотря в центр зала, где до этого был убит разносчик.
«И как она только распознала в нем человека? Они ни чем на вид не отличаются от бликзерийцев, их можно выявить только на деле. В чем же подвох?»
– Дикая утка, – холодом и болью отозвался Аллед. Он перевел стеклянные глаза на сестру. – Давайте уйдем отсюда.
4. ИСКРА
Старшие лаборатории по разработке «Искр», безусловно, имеют талантливых ученых мужей, верно распределяющих пошагово свою работу: создать из бликзерии эмульсию – одни, подвергнуть тепловой обработке и перелить по колбам – вторые, пустить в оборот – третьи. Но в младших лабораториях все это делает один бликзериец. Кто теперь одаренный?
Эссенцер младшей лаборатории,
Везитта Мбура,
234 г. от начала движения
1
О выходных не могло быть и речи. Фелагс проснулся утром от оповещения Ротра Сирегвада. Старший мерценас скомандовал сонному Келгоду немедленно явиться в малую лабораторию некого старика Ро. Еле открывший глаза Фелагс успел только предупредить о своем скорейшем прибытии, но времени на уточняющие вопросы ему выделено не было.
Уютная комната едва ли хотела отпускать своего хозяина. Она была небольшой, тесной, но с высоким потолком, с односпальной кроватью и угловым столиком. Возле выхода ютился вытянутый до потолка шкаф, но это было не единственное место, куда Фелагс складывал свои вещи. Под столиком находилась встроенная дверца – из скрытой тумбы был сооружен сейф. Над кроватью виднелись несколько полок.
Таких комнат на поезде было достаточно. Жилища бликзерийцев с толстыми стенами мало чем отличались друг от друга: их объединяла узкость, порой являющейся катастрофой для тех, кто живет не один. Кому-то жилось шире и комфортнее. Однако каждый житель пытался придать своим комнатам что-то особенное, то, что отличало бы их от других каморок необычностью, уютом, ароматом или свечением.
На потолке у Фелагса были подвешены ловцы света из разноцветных стеклышек, переливающихся при тусклом сером свете из широкого окна комнаты. Они тихо звенели под качанием «Тесака» и создавали мелодию, которая казалась Фелагсу из какого-то далекого, чужого ему мира, будто бы одним днем этой вещицы не было, а ночью ее принесло существо из незнакомой ладоги.
Ловцы света достались ему, по словам отца, от матери. Будучи беременной, она разбила в «Маневре» резную бутыль с высокосортным фруктовым напитком и, упросив любезного к дамам в положении Гонца собрать стекла самостоятельно, сделала из остатков незамысловатую вещицу. Фелагс часто вспоминал, как задумчиво застревали глаза отца на ловце в тот момент, когда он говорил о животрепещущем восторге жены в моменте рукоделия.
Это было единственное, что добавляло разнообразие комнате Фелагса, и ничем он так не дорожил, как этими стекляшками. Именно ловцы света, по словам Алледа, говорили о его друге больше, чем форма мерценаса и изысканной красоты эфес, и превращали, как говорила уже Мелззи, «клетку для забитого птенца в сказочный лес для экзотичной пташки». И ведь все выражения она брала из старинных мемуаров выживших, думал Фелагс. Таких метафор обычному бликзерийцу без помощи книг не придумать.
Как только Фелагс был готов, он покинул комнату, напоследок прислушиваясь к звону маленьких каплевидных стеклышек, крохотных резных искр.
2
Голова вагона, главный бликзериец того места, где была комната Фелагса, проводил его взглядом, посматривая на двери соседних комнат. Многие бликзерийцы еще спали, а из некоторых спален уже доносился звук шаркающих неуверенных шагов просыпающихся работяг. В этом, тридцать девятом вагоне, жили одиночки без пары и более или менее состоявшиеся работники кухни и огородов.