– Но ведь мы забыли еще кое-что важное, – подняла руку девушка с третьего ряда. – Все названное необходимо, но если оно не подходит, то остался лишь один вариант – без еды.
Узкие губы Толкача растянулись.
– Все было названо верно: эссенции, бликзерия, наш поезд и прочее – невероятная ценность. Но вместе с пищей, которую мы потребляем, они представляют из себя единое сокровище для нас. Отчего же это могло меня беспокоить? Ведь в нашем распоряжении достаточно вагонов, в которых выращивается и готовится еда. Вы знаете, что наши предки, прежде чем войти на порог «Тесака», припасли семена. Благодаря бликзерии и удобрениям, сделанным с помощью магии, нам удалось создать большие огороды. Но сколько на это потрачено наших сил? Довольно. Вагоны-огороды представляются нам местом, поглощающим слишком много ненужных стараний… Ненужных, потому как их можно облегчить.
По трибунам прокатилась волна интересующегося восхищения.
«От него пахнет «Хрустальными воротами»…» – вспомнил Фелагс слова Алледа.
– Вот-вот настанет день, когда жизнь бликзерийца преобразится, – повысил голос принц, и в стенах зала библиотеки он прозвучал особо убедительно. – Мои труды были направлены на то, чтобы вы, друзья мои, облегчили свои старания, свои труды и направили силы на развитие других достижений – на процветание нашей жизни.
Он, словно в дружественном жесте протягивая ладони к зрителям, стоял к ним лицом, пока позади него помощники стянули покрывала и представили изобретения принца. Это был единый инструмент, занимающий достаточно много места. Три цилиндра, объединенные бликсидиановыми трубами, заключали в себе круглую полость, в которой, по команде Толкача, помощники зажгли сине-фиолетовые энергетические сферы с помощью бликзерии. Цилиндры и трубы загудели, а по центру из серого ящика выдвинулся вперед купол, напоминающий крышку для горячих блюд. Сферы горели, как глаза живого создания, искрясь крохотными молниями. Сила распространялась по всему аппарату.
– Преворн, продемонстрируй.
– Как прикажете, Ваше Сиятельство, – поклонился тот и, взяв со стола крупную посудину, подошел к гостям.
– Взгляните на то, что находится внутри, – обратил их внимание принц. – Это вода, друзья мои. Обыкновенная очищенная дождевая вода – подарок Всеоблачности. Это нескончаемый в наших условиях ресурс, которого нам хватает всегда благодаря нескончаемым дождям. И что мы можем сделать с водой? Не так много, как это представляется возможным. Теперь переизбыток воды станет не нашим проклятием, а еще одной ценностью, которая не дополнит широкий список, а заменит один из пунктов – еду.
Ученики догадливо потянулись вперед, наблюдая за тем, как Преворн, подойдя с посудиной воды к аппарату, залил его в квадратный резервуар. Под коробкой загорелась еще одна сфера, кружившаяся внутри стеклянного шара. Было слышно, как по трубам разливалась вода, переходя к центральным цилиндрам. Из фильтров пыхнуло паром, и вскоре аппарат стал работать тише. Вперед придвинулся купол, как будто устройство высунуло язык, и крышка поднялась: за считанные секунды перед зрителями был изготовлен питательный, на вид, полноценный обед на троих персон.
Среди гостей поднялся гул обсуждений.
– Это настоящая еда, Ваше Сиятельство? – выкрикнул один из учеников.
– Не совсем, но на вкус она ничем не хуже привычной нам, – кивнул Толкач. – Вода принимает приблизительный вид и вкус еды засчет новейшего и изобретенного мной заклинания и заряженного бликзерией бликсидиана. Магические сферы, часто используемые мерценасами для боя с аурифами, поддерживают потоки энергии. Мардит, выйти сюда, и попробуй сам.
Юноша спустился с трибун и неуверенной походкой подошел к куполу. Помощник протянул ему столовые приборы. Мардит, чувствуя на себе особую ответственность и оказанную ему честь принцем, побледнев, отрезал кусочек лежащей перед ним запеченной капусты и отправил вилку к себе в рот.
Библиотека замерла. В моменте были лишь слышны скрипы энергетических сфер да шум крутящихся внутри цилиндров шестеренок.
Фелагс, наблюдая за Мардитом, в глубине души, подобно своим предкам, обращался к далеким высшим силам. Под слоем безразличия оживало опасение, тревога. Их лапы потянулись куда-то вниз по трибунам, где сидел Аллед, желая закрыть ему глаза и уши.