– До встречи, Улрей! – Ротр Сирегвад проводил его наигранно-болезненной улыбкой.
«Улрей, избавь себя от свершения справедливостей», – думал он. – «Тебе следует поберечь свои силы для более достойных доблестей…»
Служба должна была начаться ночью. За день до этого Улрей планировал провести время в «Фатуме», но, поднявшись поутру уже не с той ноги, он понял, что развлечения на сегодня ему противопоказаны. После того, как мерценас навестил Ротра Сирегвада, ему стало неспокойно.
«Старший мерценас, с виду, совсем не переживает», – Улрей сердито шел по балконам, укрывая голову под непромокаемым плащом из аурифской кожи. – «Такое чувство, что он не воспринимает меня всерьез. Он боялся согласиться со мной из-за этой фрейлины Лиаттара? Да разрази небеса этого стража!»
Грянул гром. Улрей пнул мелкий обломок, валявшийся на его пути. Бликсидиановый кусочек со свистом полетел вниз, растворяясь в пучине тумана. Впереди послышались возмущенные возгласы. Улрей остановился и, всматриваясь в собравшуюся на балконе толпу, пытался понять, в чем дело.
– Что вы предлагаете с этим делать? – вопрошал мужчина в шляпе. – Как это вообще называется?
– Я еще раз повторяю: сохраняйте спокойствие! Мы устраняем неполадки – вам не о чем переживать.
– Как вы это, господин квонтрмех, вообще допустили? – женщина уперла руки в бока.
Толпа охнула. Улрей нахмурился, запустил руки в карманы – услышанное ему не понравилось. Он принялся искать хотя бы одно знакомое лицо, способное ему толково объяснить положение дел.
– Китолле! – Улрей подошел к мерценасу, который, облокотившись на перила, мирно следил за обсуждением. – Вижу, ты уже поправился. Что здесь случилось?
Дилего пожал ему руку. И следа на нем не осталось после громогласных барабанов.
– Представить себе не можешь! – он оживился. – Воды от ливней полным-полно, да так, что ноги на скользких пластинах подкашиваются. На «Тесаке» совершенно перестали заботиться о безопасности бликзерийцев. Я был на обходе, когда все случилось…
– Неужели кто-то свалился? – Улрей кинулся к перилам.
– Как видишь, нет! – гордо заявил Дилего.
Улрей наморщил лоб.
– Что за взгляд, мерценас Грэз? – искренне удивился Дилего. – Я ведь перед тобой – жив да здоров. Когда подошва поехала в сторону, я за поручень схватился. Ха-ха. Но Экипажу нужно непременно доложить об этом…
– Я тебя сейчас сам с подошвой сравняю, себялюб. Говори, почему здесь народ собрался? И только попробуй сказать, что тебя спасали.
Дилего махнул руками.
– Сразу бы сказал. Как мне не говорить о себе, если моими делами даже ты из вежливости не поинтересовался?
– Будто ты чем интересным занимаешься!
– А вдруг я…
– Дилего!
– В трубы каким-то образом проникли отходы из лабораторий, – закатил глаза мерценас. – Не знаю, случайность ли это, ошибка квонтрмехов или чья-то злая шутка, но это может плохо закончиться. Водопровод переполнен эссенцерным дерьмом, – Дилего напуганно приложил пальцы к губам. – Какое дурное слово я сейчас сказал… Это все твое влияние, Грэз! Как только ты появляешься на моем пути, то я сразу начинаю выбрасывать эдакое.
Улрей, спрятавшись под навесом, уставился на Китолле.
– Ну что ты на меня опять так смотришь? – вздохнул Дилего. – Новость уже по всему «Тесаку» разошлась. Старший квонтрмех разбирается, но жители взбунтовались...
– Господин Китолле! – одна дама подбежала к нему, придерживая зонт от усилившегося ветра. – Это ведь вы известный Летун?
Дилего пригладил волосы, преображаясь на глазах.
– Ваши недавние трюки над шестьдесят первым вагоном – великолепны, – улыбнулась она, а Дилего всем видом впитывал восхищение. – Вы прекрасно справляетесь с полетом. Я долго не могла подойти, видите ли, какое у нас сегодня положение… Жители возмущены.