– Не стоит волноваться, – услышал его Толкач. – Под слабой струей мороза бликриллианта никаких вспышек не возникнет – трубы и бликзерия «Тесака» выдержут. К тому же, более действенного способа избавиться от отходов у нас, в сию минуту, нет. Хорошо, что вы нашли источник загрязнения. Теперь я смогу устранить проблему от ее корня.
Когда разговоры утихли, принц, держа бликриллиант в ладонях, прошептал заклинание. Фелагс не разобрал его. Комок зажегся, пылая сотнями голубо-синих огоньков, и, обратившись вдруг в граненую сферу, запарил в воздухе. Камень постепенно источал прохладный ветер, от которого у Толкача взвило волосы и одежду. Бликриллиант покрылся тонким слоем льда.
– Ну и холодрыга от этого камня! – кто-то из квонтрмехов укутался в свой дождевик.
Толкач напряг пальцы, продолжая держать сферу в воздухе.
– Хладоблик-холуд…– изо рта принца выпорхнул пар.
Сфера перестала раскачиваться и будто примерзла к воздуху. Сосульки, свисающие с ее круглых боков, вдруг растопились и тонкими водными линиями потянулись к трубам. При прикосновении с ними отходы стали замерзать, покрываясь плотным серым слоем льда. Долгое время все наблюдали за тем, как нити воды превращали некогда пахучую жидкость в растянувшиеся по водопроводу льдинки.
«После такого заклинания его руки превратятся в один сплошной бликзерийский ожог», – подумал Фелагс, ненароком взглянув на свои ладони. – «Должны были превратиться. Толкач, как и другие члены Экипажа, чистейший фаулман: подчинять себе могущество бликзерии для него рутинная задача».
Принц не моргнул и глазом. Он владел магией самоцвета, и та охотно подчинялась ему. Когда все отходы были заморожены, сфера упала ему в руки, скинув с себя лед. Камень вновь обратился в ком.
Стражи поспешили выхватить брикриллиант.
– Я еще не закончил.
Толкач обхватил камень плотнее и приложил ко лбу.
– Меотамурфблик.
Бликриллиант вновь покрывался морозным слоем, заново обращаясь в сферу, а его синий цвет обратился в красное свечение. Замороженные отходы подо льдом перевоплотились в обыкновенную воду, которая плотной струей выходила по сливным каналам.
– Сейчас же проследить, чтобы от потока ничего не осталось! – живо скомандовал Фриур квонтрмехам, а те быстро разбежались для выполнения приказа. – Слить каждую росинку и вычистить трубы до блеска!
Толкач продолжал управлять неведанной для Фелагса силой бликриллианта. Камень пылал багровым светом, под покровом которого, до последней капли, выходили отходы под видом воды. Мерценас слышал о бликриллианте как о драгоценности: в качестве демонстрации своего богатства и роскоши его скупали обеспеченные бликзерийцы, но Фелагс подумать не мог, что эта вещь имеет удивительную силу.
Вода окончательно вышла, квонтрмехи освободили сливные отсеки и быстро очистили от остатков. Толкач остановил магию бликриллианта, а стражи быстро подхватили погасшую сферу и положили в саквояж уже вернувший себе форму комка предмет. Фелагс взглянул на оголенное запястье принца и, не увидев там ни одного магического ожога, тихо позавидовал.
– Каждый способен этого достичь, – Толкач догадался мыслям Фелагса, повернувшись к нему. – Если бы не сила фаулмана, то, после сегодняшей работы с бликриллиантом, я не смог бы и пошевелить пальцем на моей приближающейся демонстрации. Благо, что меня окружают достойные помощники. Ваш друг, Фелагс, будет среди них. Надеюсь, вы придете взглянуть на способности Алледа? Я бы хотел вновь увидеть вас на трибунах: ваше дарование защитника заставляет чувствовать меня в безопасности.
Фелагс молчаливо кивнул.
– Алледа? – хмыкнул Фриур. – Это брат покинувшей квонтрмехов Мелззи Веул?
– Они все, кажется, чрезвычайно талантливы в своей семье, – Толкач кивнул на сферу. – Не зря ведь их род – прямой потомок ученика Блиака Зериява, Хвелина ве Ула. Именно он создатель этой сферы, господа.
– Откуда у бликриллиантов такая сила? – спросил Фелагс, смотря на закрытый саквояж. – Они ценились как драгоценные камни, но ни как не магический артефакт.
– Бликриллиант – удивительное орудие, – Толкач смотрел, как квонтрмехи возятся с трубами. – Все засчет секретной магической обработки Хвелина ве Ула. Самоцвет может замораживать – это верно, но не в силах обращать одно явление в другое.