– Господин, нужно отступать, – сказал один из стражей позади, но старший мерценас оставался на своем месте. – Иначе мы все погибнем!
Все продолжало гудеть, шипеть, наполняясь огненными искрами. Туман Мороза окутывал зал непроглядно. Главарь, почувствовав безысходность Ротра, положил руку на замерзшее плечо Фелагса:
– Я о нем позабочусь.
Морозная пелена скрыла внутри себя все, что могла.
«Только посмейте не вернуться!» – подумал Ротр Сирегвад.
Они отступили, холод перестал окутывать вагон, а «Фолиант» отныне стал принадлежать обществу Мороза.
23. ФИРУА
На «Тесаке» существует только один язык для всех, голос утраченного мира, разбавленный новыми бликзерийскими словечками. Например, имена и фамилии со звучащими «з» или «с» большей частью были придуманы на молниеходе. Нет больше иных языков – они нам не нужны. А если и нужны, то никак иначе, чтобы шифроваться…
Из лекции главного библиотекаря «Фолианта»
Рерззи Мидебэ,
288 г. от начала движения
1
За время мятежа во власти Мороза оказался не только «Фолиант», но и жилые вагоны – с шестьдесят пятого по шестьдесят седьмой. Общество смогло пустить по их трубам холодный воздух, угрожая вероятным взрывом. Это обсуждали выходящие из библиотеки мятежники, и их слова глухо донеслись до ледяных статуй.
Панорама зала «Фолианта» перестала быть неразличимой, когда глаз Фелагса оттаял. Кусочек льда отвалился и с тихим стуком разбился об пол. Он ощутил, что правая рука также облегчилась от ноши. Напротив него в полуприсяде застыл Лиаттар. С его глаз тоже сбросился лед, и одна нога была освобождена.
Страж и мерценас, пересекаясь взором, осмотрели и округу. Внутри зала не было никого. Не осталось и следов борьбы вместе с обломками «Хрустальных ворот», однако обнажившиеся части тела продолжали чувствовать прохладу бликриллиантов.
Недалеко от Лиаттара Фелагс увидел брошенный клинок стража. Жестом руки мерценас указал ему на оружие. Лиаттар, оглядываясь по сторонам и убеждаясь, что его никто не видит, потянулся ногой к рукояти и спустя несколько безуспешных попыток все же притянул клинок к себе. Фелагс многозначительно пошевелил пальцами. Лиаттар нахмурился, и мерценас сделал это в ответ.
После безмолвного спора о том, как передать оружие, страж подцепил клинок носом ботинка. Долгая борьба Лиаттара закончилась тем, что ногой он бросил оружие к Фелагсу. Мерценас, зная, что у него есть только одна попытка, с успехом поймал клинок за рукоять, и оба выдохнули.
В зал вошли. Фелагс спрятал оружие за запястьем, извернув лезвие и скрыв под слоем льда на теле.
– Погорячился же он с пеленой, – говорил один из мятежников. – До сих пор стоят.
– Можем стукнуть разок – отойдет ледок.
– Я тебе стукну! – рыкнул первый в ответ. – Лед связан с их телом. Если разобьем еще не отошедший от кожи слой, то он сломается вместе с конечностями. Если лед отойдет сам, то эти двое сами его сбросят.
– Ага, и прикончат нас одним махом. Какого аурифа нам они вообще сдались?
– Мороз приказал. Мне на кой знать?
Лиаттар видел, как двое мятежников стали за спиной Фелагса.
– Глянь-ка, у этого рука уже свободна.
– А у второго нога. Два сапога – пара! Ха-ха.
Мятежник подхватил смех, а потом обошел стража и мерценаса.
– У них и глаза отошли… А уши нет. Видят, но не слышат – лед не даст.
– Вот оно что… – один из мятежников подошел к Лиаттару, заглядывая ему в глаза.
Страж злобно сощурился.
– Не нравится ему – ты погляди, – мятежник ткнул пальцем в размороженный лоб. – Будешь гримасы корчить, я тебя быстро в снежный порошок превращу. У нас тут королевских стражей не жалуют.
– Да таких как он по приказу Мороза мы аурифам скармливать должны. Видел, как главарь того стража отделал? Мэялом звать. Говорят, у Мороза на него зуб был…
Тело Фелагса отлипло ото льда. Между ними появилось свободное место, и мерценас понял, что может спокойно двигаться и даже разбить оставшийся слой без повреждений. Однако он не торопился: взглянул на Лиаттара, вновь обмениваясь с ним немым вопросом. Страж одобрительно моргнул.