Мятежник не медлил. Он морозной дымкой очутился возле него, и Лиаттар уже боролся с его верховенством в бою. Шею Улрея вдруг обхватили. Фелагс брал верх над сопротивлением мятежника, пока не оттолкнул его от себя – кулаки покрылись колючим и покалывающим инеем от бликриллианта.
Улрей расправил ладони и в них вытянулись два тонких ледяных копья. Над головой полукругом воспарили маленькие стрелы. За спину Улрея прыгнули пятеро мятежников – те, что были в погоне за Фелагсом.
– Лиаттар?
– Я здесь.
Страж ступил навстречу надвигающимся мятежникам. Он увернулся от морозного дыхания одного из них, совершив мощный и дерзкий захват, который удивил Фелагса.
– С каких пор ты пользуешься мерценасскими приемами? – Фелагс хлестнул второго мятежника цепью.
– Успел набраться всякой дури, – отчеканил Лиаттар, совершив фигурный прыжок и нейтрализуя еще одного мятежника.
– А словечки от Улрея!
Фелагс подлетел над вагоном и окружил цепью мятежника. Подтянув его к себе, он оттолкнул противника, как бы отпрыгивая и впечатывая того в крышу вагона. Став на ноги, Фелагса сразу же что-то толкнуло, а мимо пролетело две морозных стрелы.
– Я возьму на себя мятежников, – Лиаттар кивнул в их сторону, – а ты займись своим напарником. Иначе его помощники будут мелькать перед глазами еще очень долго.
Страж, не дожидаясь ответа, ринулся в бой. Мятежники потянулись к нему сами, примагниченные злобой, но Лиаттар бодро справлялся с их яростью.
Фелагс взглянул на Улрея, а Улрей – на него. Между ними пробежал ледяной ветер.
– Ну и выходки, Фелагс. Спасаешь того, кто наблюдал за муками нашего командира?
– Ты многого не знаешь, Улрей.
– Неужели? – над его головой появился очередной полукруг стрел. – Совсем наоборот!
Фелагс тяжело выдохнул.
– Не было никакой эссенцерной ломки.
Улрей вскинул голову.
– Не было. Я нашел для Сирегвада порцию эссенций… Да что уж умалчивать… Я нашел украденные «Искры» и отдал их господину Сирегваду. А то, что ты мог видеть, – его актерские навыки и не более.
Улрей издавал тяжелое морозное дыхание.
– Почему ты не рассказал мне?
Фелагс виновато замолк, не решаясь сказать, что это было веление старшего мерценаса. Но Улрей и без того догадался. Он продолжал держать копья в руках, смотря на Фелагса с укорзной, а мерценас чувствал на себе ожоги его пронизывающего взора.
– Ты должен остановить это, – вдруг продолжил Келгод. – Я признаю, что ты из тех, кто готов решать любой вопрос силой, если это будет необходимо, но сейчас… Те жители, что пошли за тобой, в большой опасности, Улрей. Подозреваю, что они даже не понимают, к чему это может привести. Король ни за что не согласится на эту битву…
Копья в руках Улрея обратились в пар. Стрелы исчезли.
Из люка выскочил один из мятежников.
– Командир! – крикнул он, и Улрей повернул голову на голос. – Командир! Там, внизу…
– Что?
– Король… Его голос звучит по всем «тональным» каналам поезда…
– Внимание всему «Тесаку»! Внимание всему «Тесаку»! – рычал голос принцессы. – Мое имя – Коариф ле Дейранг. Я – принцесса и правая рука Его Величества. С минуты на минуту прозвучит послание короля не только для жителей «Тесака», но и для посмевших посеять крамолу на нашем поезде. Пусть каждый из вас услышит и впитает каждое слово владыки.
Пауза. Каждый житель, прижавшись к стенам, друг к другу, приклеившись к постели, был в ожидании. Первое, что он услышал, – это тихое умиротворенное дыхание, легкое, как бликзерийский шелк.
Но молчание прервалось.
– Слышишь ли ты мой голос? – от томного, такого едкого, но спокойного голоса, иногда переходящего на шепот, волосы бликзерийцев чуть не побелели. – Слышишь ли ты меня? Сегодня я обращаюсь к тебе не только как король, но и как защитник правопорядка и справедливости, к тебе, кто струсил назвать свое истинное имя. Твои слова – ветер, который не способен изменить курс «Тесака». Создадим, возведем, построим… Опусти взор и увидишь, сколько обломков под твоими ногами. Многое ли может говорить тот, кто в конце концов только разрушает? Ты позабыл, что твое общество уничтожило труды, направленные на сотворение того настоящего – о нем ты так безуспешно кричал. Ты, создание сиюминутного, воздвиг своим мятежом хрупкий памятник марионетке, которая пытается стать во главе других кукол – себе. Ты повел за собою слабых, наживаясь на их трупах… Многие тела ты успел спрятать после битвы в «Фолианте»? Научись достойно провожать своих воинов, что сражались за мимолетные прихоти, которые завтра сменятся новыми, юноша. Возьми свой клинок и приди ко мне, ежели ты хочешь видеть лицо, которое покарает тебя. Приди ко мне… Слышишь ли ты меня? Слышишь, Улрей Грэз?