– Аллед тоже очень за тебя переживал, Фелагс.
Мелззи сидела на краю кровати и поправляла волосы.
– Я знаю, что вы немного повздорили на закрытой демонстрации изобретения Его Сиятельства, – продолжала Мелззи. – Мне кажется, он винит себя за этот случай.
– Это я наговорил лишнего, – Фелагс надевал куртку. – Он не пострадал после мятежа?
– Здоров, но… – Мелззи, опустив руки, повернулась к нему. – Даже Его Сиятельство заметил, что он изменился. Аллед чем-то взволнован. Знаешь, Фелагс, первая демонстрация «Хрустальных ворот» огорчила его, привела в тупик, а публичная – заставила его шестеренки крутиться в ином направлении. Только вот тянут они его назад, вниз… Аллед очень подавлен.
Фелагс прикоснулся к ней, как бы успокаивая, поправив ее воротник.
– Думаешь, что я слишком о нем переживаю? – с грустной улыбкой отметила Мелззи.
– Тебя можно понять, – отвечал Фелагс. – Аллед ранимый и с виду очень слабый. Кроме этого, его подстерегает и другая опасность… Вместе с тем, Аллед достаточно умен и тверд духом, чтобы вынести все трудности. Я в нем уверен.
Мелззи согласилась с ним кивком.
– Сейчас мне интереснее узнать другое… – сказал Фелагс.
– Что же?
– Твоя форма, – он провел пальцем по выбитым узорам. – У поваров они тоже есть, но отличаются от тех, что на тебе. Вышивка простая, незамысловатая, а здесь… Цветы.
– Форма была только такая.
Фелагс осмотрел ее резко, внимательно.
– Эта одежда принадлежит королевской прислуге, – Фелагс остановился, думая, что Мелззи подтвердит или отвергнет его слова, но та молчала, и он продолжил: – В «Фолианте» я не придал этому значения, но сейчас понял, что ты лакей…
– Вовсе я не лакей!
Мелззи пересела в кресло напротив.
– Тогда кто?
Она вздохнула, понимая, что сопротивляться бесполезно.
– Я и правда не лакей, – сказала она, – однако спорить не буду. Уже некоторое время я служу Экипажу «Тесака».
– И почему ты хранишь это в тайне?
– Потому что это и есть тайна, Фелагс. Такова договоренность с Его Величеством. По моему желанию.
Фелагс потянулся вперед. Сказанное его потрясло.
– Ты видела короля?
Мелззи опустила глаза. Веул пересказала ему о своем посещении Экипажа, поначалу твердо и без колебаний, но когда она дошла до момента с королевским садом, то голос ее заметно угас.
– Я чувствовала себя там, как в ловушке, – Мелззи подняла на него взгляд. – Бежать было некуда. Мне казалось, что вот-вот раскроется секрет нашей семьи, который мы так тщательно скрываем. Король был рядом и, не сомневаюсь, десяток стражей вокруг. Тем не менее, разговор с ним заставил меня отвлечься. У Его Величества великолепный сад, который привлек меня, ведь ничего чудеснее живых цветов нет на «Тесаке»…
– И он предложил тебе быть садовником?
– Это было не предложение, Фелагс, – она помотала головой, – а приказ. Он выбрал меня.
– Не вижу твоего восторга.
– Меня не покидает одна мысль… – продолжала признание Мелззи. – Воспоминания об этом дне. Если тогда я чувствовала слабость перед королем, то чем дальше, тем больше меня преследует страх. Это страх не слабого слуги перед королем, а…
– Говори, Мелззи. Скажи, как есть.
Она притянулась к Фелагсу, почти прижав свое лицо к его. Мелззи заговорила шепотом, положив руки на его плечи, и будто скрываясь за силой мерценаса.
– Я не могу сказать, что думаю. И знаешь почему? Потому что я с каждым разом убеждаюсь, что Его Величество все видит и слышит.
– Это просто слухи, – успокаивающим полушепотом отвечал Фелагс. – У короля есть слуги, которые доносят ему все, что только можно узнать.
– Ты не понимаешь, – тихо продолжала Мелззи. – Все это время, пока нахожусь с ним рядом, я будто под лабораторным стеклом. Король смотрит не на меня, а сквозь меня. Недавно он сказал мне: «Мелззи Веул, мой цветок, королевским садовникам нельзя посещать игорный вагон. Он развращает дух».
– Он называет тебя «мой цветок»?
– Фелагс, я же не об этом! В «Фатуме» мы были в масках, сняли лишь один раз, когда это было возможно. Кто мог нас узнать?