– Простите, господин мерценас и господин страж. У нас приказ.
– Чей, разможи тебя молнией, приказ? – Фелагс направил на него крюк цепи. – Говори быстрее.
– Не злите ни мерценаса, ни стража, – поддержал Лиаттар, уперев руки в колени. – Чей приказ?
– Мой.
Из «Маневра», на своем стуле, выкатился Гонец. Маленький бликзериец болтал сапожками и придерживал шляпу. Утка оказалась у него, и птица спокойно замерла у него на руках. Он подмахнул рукой своим ворам, которые оказались разносчиками, и отпустил их.
– Подойдите к картотекарю. Он вам заплатит.
Фелагс и Лиаттар переглянулись. Аллед и Мелззи, облокачиваясь друг на друга, устало склонили головы.
– С ним мы не рассчитаемся, – покачал головой мерценас.
– За что ты собрался со мной рассчитываться, друг мой Келгод? – услышал его Гонец. – Вы украли у меня мою утку.
– С каких пор она твоя? – Лиаттар нахмурился.
– С сегодняшних.
– Так это ты ее создал? – спросил Фелагс. – С помощью магии?
– Еще чего. По-твоему, мне больше заняться нечем? У меня дел – по уткину сраку! – он легко прихлопнул утку под хвост, отчего та крякнула. – Она сама прилетела сегодня утром.
– С востока? – спросил Аллед.
– С востока, с востока, – Гонец внимательно осматривал птицу на наличие ранений. – Мой разносчик не уследил за ней, и она улетела. Пришлось даже мерценаса просить о помощи, так тот с меня еще три кошеля «Искр» содрал! Где эта бестолочь, кстати?
– Господин Гонец, – обратился Аллед, – что вы собираетесь с ней делать? Эта птица – знак того, что где-то рядом есть жизнь. Жизнь, неподвластная катаклизму. Вы должны доложить об этом королю!
– Лучше отдать утку мне, и я отнесу ее Экипажу, – настаивал Лиаттар.
– Вы меня за неверного и тупоголового считаете? – Гонец отбивался от клюва утки. – Король уже в курсе. И приказал мне присматривать за ней до поры до времени. Так что пошли прочь!
Лиаттар отошел в сторону, заговорив с кем-то по «Тону».
– Так я тебе и поверил, Гонец, – Фелагс выступил вперед. – У тебя на лице написано, что ты из нее хочешь суп сварить. Слюнки так и текут.
– Признаю, мысль закрадывалась, – Гонец облизнулся, и потянул утку за мясистое крыло. – Я на днях рецепт рагу из утки вычитал, из старого поварского дневника. Значится, берем картошки, помидоров пару-тройку, моркови и луку. Пока все тушится, отрубаем утке голову, ошпариваем, сдираем перья…
Все заохали и поморщились. Утка крякнула.
– Что рожи покосили? А ты что крякаешь, глупая птица? Ничего не мерзость! Предки жрали – и мы будем жрать. Ну, то есть… Жрали бы. Но Экипаж приказал, чтобы перышка с ее морды не спало.
Лиаттар вернулся.
– И? – взглянул на него Фелагс.
– Это правда, – страж кивнул на Гонца. – Принцесса доложила, что утка под присмотром Гонца.
– А вы сомневались? – хохотнул Гонец. – Веулы, а вы что так пялитесь? Не сожру я вашу птичку! За Авансом у меня будет глаз да глаз…
– За кем, простите? – переспросила Мелззи.
– Аванс, – Гонец смело потрепал утку. – Ее имя. Утка мне приглянулась, я хотел за ней понаблюдать времечко, узнать, как ее разделывали... Я хотел сказать – разводили. Раз-во-ди-ли! Экипаж мне ее как аванс за добрую службу оставил. Вот и назвал я ее так.
– Ну и имя, – покачал головой Фелагс. – Нормальное не придумал?
– Помолчи, умник, я тебя не спрашивал. Предупреди-ка лучше Сирегвада о том, что у нас тут вестница далекой цивилизации закралась! Что-то давненько я его, к слову, не видел…
26. КАК ТАМ НЕБЕСА?
Пусть лежит, пусть лежит
Мой конвертик. Пусть лежит!
Говорят, внутри него
Бродит смерть недалеко…
Песенка неизвестного,
81 г. от начала движения
1
На поезд опустилась грозовая тьма. Ранним вечером было непроглядно как ночью. На балконах – ни души, а слезы дождя яростно били в окно, светлячками пробиваясь на свет голубо-желтой лампы просторной спальни.