Но было поздно. Король все понял.
Вернемся к Ротру Сирегваду. Я считал его своим командиром и наставником не меньше, чем ты и твои напарники. Однако я не должен был забывать, что судьба наказала меня Меткой, и я вынужден рабски выполнять приказы Экипажа. Пока я охранял старшего мерценаса, мне необходимо было добиться, как королевскому стражу, его смерти. Экипаж счел, что я не уследил за Ротром Сирегвадом, за его поставщиками «Искр», напоивших его и вернувших жизнь. Король наказал меня второй Меткой за то, что неумолимый воин остался жив.
Король заставил меня закончить начатое. И мне проще умереть, чем жить с титулом убийцы.
У меня мало времени, я должен торопиться. Мы были в сговоре с еще одним бликзерийцем. К нам присоединился мой старый друг, эссенцер старшей лаборатории Морвех де Финиссе, знавший историю моей первой Метки и ставший на мою сторону. На нашу сторону. После того, как прочтешь это письмо, ты обязан разыскать его и при встрече произнести: «Ты – Морвех де Финиссе, друг всего сущего?» Он расскажет тебе все, что должен знать Достойный. Да, ты стал таковым по воле покойного Ротра Сирегвада, поэтому я втягиваю тебя в это. Не смей сбиваться с пути, даже когда осознаешь, почему я пишу тебе именно сейчас. Уже ничего не исправить.
Не волнуйся. После последней прочитанной тобой строчки клинок уничтожит лист вместе с конвертом, и никто не узнает о наших секретах. Обещаю. Не говори никому о нас, даже если кто-то стал невольным свидетелем моего оружия и попал в область его магической пелены.
Ротр Сирегвад был уверен, что ты все поймешь. Что ж, и я, думается, отчего-то тоже верю, хотя не было и минуты, когда мы обходились вежливым тоном.
Закончи начатое.
Еще раз приношу извинения за разбитое окно. Клянусь Всеоблачностью, я не вандал.
Меченый».
Письмо растворилось, клинок же, не угасая в свечении, выпорхнул из окна и полетел туда, где у него, казалось, было куда больше дел.
Фелагс, не теряя ни минуты, принялся одеваться. Мерценас забыл, где и с кем находился, увлеченный содержимым письма и собственными мыслями, пока Мелззи не окликнула его уже в третий раз как можно громче.
– От кого это письмо?
– Мелззи, прошу, убери осколки… Я скоро вернусь.
– Фелагс! Что было в письме? – Мелззи запахивала шторами разбитое окно. – Скажи хотя бы одно – куда ты идешь?
– Мне… Нужно идти… – впопыхах он спотыкался не только о слова, но и о предметы в комнате. – Бежать…
Мелззи остановила его, обхватив ладонями замершее в беспокойстве лицо. Веул раскусила серьезность задуманного им и неизвестного послания, ей стало жутко от темного веяния, пошедшего от волшебного живого клинка.
– Пожалуйста, Мелззи, – проговорил он. – Дай мне уйти!
– Ты собрался в очередное логово хищников, – проговорила Веул, рассматривая его глаза. – Теперь я поняла. Только ответь мне, прошу, ответь на этот вопрос, если не хочешь говорить об остальном. Ты уверен, что ты хочешь пойти туда?
Фелагса будто облили холодной водой.
– Скажи, ты действительно желаешь вступить на порог неизвестности? Ты правда решил покрутить это «Колесо»? Чего бы там не произошло серьезного, ты можешь остаться здесь и не втягивать себя в черную игру. О, я убеждена, что она именно черная! У тебя есть выбор, Фелагс: пойти в туман или остаться в той реальности, которая есть у тебя сейчас.
Мерценас успокоил сбившееся дыхание, положил свои руки на запястья Веул.
– То-то и оно, Мелззи, – тихо и, вместе с тем, без тени сомнения промолвил он. – Мой мир окутан туманом, и он может расступиться там, куда я иду. Я пойду туда не потому что должен, а потому что сам этого желаю. Всем сердцем желаю.
2
Морвех де Финиссе бежал по балконам, расталкивая толпу зевак. Он так же, как и Фелагс Келгод, получил письмо. Однако оно не было секретным: его принес обыкновенный бликзериец-почтальон, вежливо улыбаясь и кланяясь, ведь бумага всегда была показателем достатка на «Тесаке». Там была лишь одна строка «Сегодня меня не станет». Эссенцер то ли забыл, то ли не знал, что это должно было стать его рычагом в каком-то тайном деле.