Она коротко помолчала.
– Помимо этой смерти, – продолжила она, – есть еще одна. Ночью в семьдесят девятом вагоне было найдено тело эссенцера старшей лаборатории Морвеха де Финиссе. По предварительным данным, он скончался более трех недель назад от отравления эссенцерным мусором, покончив таким образом со своей жизнью самостоятельно. Лжец пользовался его лабораторией и изготовлял лжеэссенции. Просим вас не мешать расследованию и обходить стороной семьдесят девятый вагон. Обратитесь к королевским стражам, если обнаружите подозрительных жителей. Напоминаем, что для безопасности при вывозе отходов необходимо надевать защитные маски. Спасибо за внимание. Отбой.
Тишина.
Морвех увернулся от прямого удара Фелагса. Он вновь столкнулся с мерценасом, когда бросился прочь, и тот толкнул его на пол. Морвех махал перед собой руками.
– Вот в чем дело, – Фелагс был вне себя. – Ты – его жалкая пародия. Ты убил Морвеха де Финиссе и прятался под его лицом. Как тебя только не опознали?
– Все не так! Точнее… Я не убивал его… Все не так. Не подходи… Не подходи!
Фелагс шагнул к нему, и в глаза ударил холод с багровыми искрами. Мерценас наощупь нашел эфес, но лжеээсенцер хлеснул его по рукам чем-то горячим и острым. Фелагс услышал, как эфес упал на пол.
Морвех прикоснулся к шее мерценаса, он сонно закачался. Эссенцер усыплял его острым жаром в теле. Кожа Фелагса частично покрылась морозной коркой.
– Проклятый… Двойник… У тебя... Бликриллиант?..
Морвех, шатаясь, уложил смягчающееся тело на пол. Эфес, лежащий на полу, он выбросил в открытое окно.
– Прости. Я не могу позволить тебе схватить себя. Прости, Фелагс.
29. УСЫПАЛЬНИЦА
В случае смерти члена Экипажа и существуют еще два. Один из них встанет на место погибшего и поведет «Тесак». Если гибнут все, молниеход будет вынужден включить режим чрезвычайного положения и дать волю генераторам…
Из руководства по управлению поездом,
1 год до начала движения
1
Полночь. В поздней тьме облаков проскользнул клубок молний, свет которого ярко полыхнул возле окна комнаты Фелагса. Мерценас, лежа на полу, подорвался, сразу пожалев о резком скачке – в глазах помутилось. Странная для него магия оставила свой отпечаток.
– Подери тебя!.. – хотел выругаться он, когда ладони кольнули осколки.
Поначалу Фелагс решил, что это Мелззи оставила стекла разбитого окна, однако мерценас увидел заделанную раму, поняв, что квонтрмехи по ее просьбе поработали на славу. Он перевалился на другую сторону, потянул за цепочку и под потолком зажглись голубо-желтые фонарики. Долго жмурясь от резкого света, мерценас потер напряженные веки и вновь наклонился над осколками. Фелагс ковырнул их пальцами, и те, звеня при соприкосновении друг с другом, блеснули разными цветами под натиском ламп.
Мерценас все еще не понимал, откуда они взялись в убранной и отремонтированной комнате. Он окинул пол, стены и мебель взглядом в поисках разбитой вещи. Фелагс на миг решил оставить эту идею, запрокинув голову, чтобы размять затекшую шею.
И нашел то, чему принадлежали осколки.
Цепочки ловцов света, сделанные его матерью, балансировали вровень с качающимся «Тесаком». Фелагс сел на колени, схватил двумя руками осколки, растерянно в них всматриваясь. Пальцы непроизвольно затряслись от колотых крохотных ран и подходящего к горлу накалу эмоций. Он завертел головой в осознании.
– Морвех… – шепот срывался на разгоряченное гудение. – Аурифский сын, Морвех де Финиссе…
Фелагс кротко взвыл, случайно, в порыве гнева, смял разноцветные стеклышки и тотчас выбросил их от новых порезов. Кровь прилила к щекам, магические ожоги проявились цветными переливами лиловых оттенков. Мерценас, насилу не срываясь на крик, бил кулаками по натоптанному полу, так, что половицы задрожали под его вспышкой эмоций.
Перед глазами мелькали стеклышки, висел пригвозденный отец и такой же Ротр Сирегвад, измученный морозом, и, вместе с этим, падающая с края королевского вагона белокурая голова Лиаттара. Фелагс стукнул кулаками еще раз и, чуть не прижав лицо к полу, крикнул, что есть сил.