Фелагс и Мелззи встали, Сойфрони по-прежнему сидела на пуфике.
– Что с вами, Ваше Сиятельство?
Толкач жестом приказал стражам охранять их за дверью, а сам прошел в центр кабинета.
– Мне доложили о гибели короля и принцессы.
Сойфрони все же встала.
– Что вы имеете в виду? – Мелззи удивленно замерла.
– Меня заперли на складе в «Фолианте», – продолжал Толкач. – Я некоторое время ждал, когда меня выпустят, но в итоге пришлось снести дверь с петель заклинанием.
Он сказал это с неловкостью.
– Я не вандал, чтобы крушить имущество просто так. Я сделал это только в крайнем случае. Меня задержали, – теперь уточнил принц, – чтобы совершить задуманное, которому я мог помешать. И это задуманное, кажется, было убийство членов Экипажа.
– Не могу утверждать об этом, – сказала Сойфрони. – Мне придется многое тебе рассказать, Денерэн.
Ее непринужденность отдала легким замешательством на лицах Фелагса и Мелззи. Из-за непривычки Сойфрони сама сжала губы.
– Это долгая история.
– Простите, – влез Фелагс, – но придется оставить это на потом. Кто-то вместо вас, Ваше Сиятельство, сейчас стоит за рулем поезда, очень на вас похожий.
Толкач нахмурил брови.
– Потому я хочу у вас спросить, – мерценас подошел к принцу. – Я подозреваю, что тот, кто вас запер, связан с этим. Кто был с вами в «Фолианте»?
К щекам принца прилил багрянец. Никто не опознал суть пунцовой краски – была это ярость, осознание ошибки, стыд или иная неловкость.
– Только один. Со мной был только один.
Тучи сгущались темно-синими красками. Дождь немного успокоился, собираясь с силами в приближающемся шторме. Фелагс и Толкач летели к королевскому вагону: мерценас по цепям, а принц – в облике шаровой молнии. Толкач не попросил, а приказал войти внутрь через сад. Фелагс нехотя подчинился, думая, что потеряет там время, но увиденное внутри изменило ход его мыслей.
В саду лежали тела стражей. Принц проверил их пульс и заключил, что те только без сознания. С лица Толкача все же не сошла гримаса негодования.
– От них веет незнакомой мне магией.
Фелагс замер.
– Я хотел сказать, – пояснял принц, – что стражи усыплены смесью этих сил. В таком лабиринте трудно отыскать верную причину их сна.
– Это неважно. Если они спят, то только потому, что их ввели в это состояние. И это сделал тот, кто сейчас управляет «Тесаком».
– Боюсь, что это, вопреки всему, действительно имеет значение.
Фелагс и Толкач тихо направились дальше. Они миновали королевские покои, где смертельную тишину гонял сквозняк, а подолы легких занавесок ходили в разные стороны. Слуги тоже спали прямо на полу, там, где их застало неизвестное. Одна из бликзериек заправляла массивную кровать в спальне принцессы и уснула, запутавшись в фиолетовом пододеяльнике.
Принц открыл двери головного вагона. Их встретили трупы короля и принцессы, лежащие на полу под лиловыми простынями. Они лежали по обе стороны бликзерийского генератора, пыхающего синим цветом густой жидкости.
Толкач успел взглянуть на мертвое лицо Коариф ле Дейранг, смягчившееся после смерти.
– Осторожнее, Ваше Сиятельство. Это может быть ловушкой.
В воздухе появились красные хлопья. Они, как пылинки, поднимались к потолку сами по себе. Фелагс понял не сразу. Он загородил принца от вспышки нескольких искр, защищаясь от возможных ожогов. Хлопья быстро собрались, вытянулись, превратились в прямоугольники – зеркала, теперь окружавшие их со всех сторон.
– В соседней комнате – пункт управления, – трезво размышлял Толкач. – Он – там.