Кровь прилила к щекам от восторга. Долгие поиски и страх того, что патруль обнаружит его, на время утомили Фелагса, но сейчас, когда в сумке было девятнадцать украденных Белоручкой эссенций, силы вернулись.
Недалеко послышались голоса, а в соседнем вагоне что-то звякнуло. Фелагс запрыгнул внутрь сортировочной.
«Кажется, мой сосед не просто работает в лаборатории. Он там прячется, как и я», – Фелагс, подкравшись к двери, пригнулся в углу. – «Что если это сообщник Белоручки, который пришел за краденым? Извини, товарищ по несчастью, но они пока побудут у меня».
Он не успел войти сам, как дверь сортировочной отворилась. В комнату заехал резервуар с отходами, а затем вошли двое мужчин. Мусорщики в защитных масках вздрогнули, увидев вооруженного эфесом мерценаса.
– Патруль мерценасов, утренний обход.
– Так точно, – расстеряно пробубнил один из них. – Раньше здесь обходов не было…
– Вы так напуганы? – строго спросил Фелагс. – Раньше не было, теперь есть. Или вы что-то прячете?
– Нет-нет, господин мерценас! – вскрикнули те в один голос. – У мусорщиков строгий контроль охраны, да и мы чисты намерениями, как белый лист.
Фелагс кивнул, с осторожностю оглядываясь по сторонам.
– Значит, это был ваш оружейник на входе?
Фелагс недоуменно переспросил.
– Когда мы пришли, в лаборатории был бликзериец. Он сказал, что причислен к оружейникам утреннего патруля.
Фелагс почувствовал пробежавший холодок по спине. Мерценасы никогда не брали оружейников на патруль.
– Да, этот оружейник – славный малый. Правда, он ушел раньше меня –торопился на рабочее место. Пойду догоню.
Фелагс ускорил шаг и перешел на бег. Дверь за дверью распахивались перед ним, а он мчался в поисках лжеоружейника. В окошке перед десятым вагоном Фелагс заметил, как недалеко напротив мелькнула чья-то фигура. Он настиг ее широкими шагами уже в вагоне-оружейной, схватив за плечо и резко развернув к себе.
– Аллед?
Фелагс удивленно отпрянул. Аллед плотнее закутывался в свой плащ оружейника. Руки дали дрожь, когда он натягивал ворот.
– Я, – устало говорил Аллед. – Что тебя удивляет?
Фелагс в замешательстве смотрел на друга и молчал.
– Я здесь работаю, – продолжал Аллед. – Забыл, что я оружейник?
– Что ты делал в лаборатории?
– Относил новое оборудование из бликсидиана, – голос Алледа был совсем слабым. – Я спешу домой. Всю ночь работал. Сестра ждет.
Фелагс решил пойти следом.
2
Дождавшись, когда Аллед скроется за дверью противоположного вагона, Фелагс вышел на проходной балкон. Выстроенная площадка служила обходным путем для всех жителей «Тесака» и тянулась снаружи через весь поезд по правой и левой стороне. Аллед вышел на левую, а Фелагс зашагал по правой. Несколько бликзерийцев-оружейников возвращались в свои вагоны. Кто-то останавливался, чтобы сонно рассмотреть облачную влажную даль, из-за чего Фелагс то и дело толкался плечом в чужую спину.
Аллед жил в шестьдесят третьем вагоне, рядом с библиотекой «Фолиант». Жители в основном передвигались до своих комнат пешком, но нередко пользовались передвижными балконами, которые перемещались по воздуху на бликзерийской энергии. Фелагс услышал скрип отчаливающей площадки и догадался, что друг не оставил такой возможности. Мерценас, не теряя ни минуты, последовал его примеру, и вскоре вышел на пятьдесят восьмом вагоне, когда Аллед остался, чтобы добраться до своего.
До комнаты друга Фелагс пошел сам. Он помедлил и вошел внутрь вагона только тогда, когда Аллед оказался дома. В комнате что-то тихо скрипнуло, но затем покрылось тишиной, иногда разрываемой далекими отзвуками грома и стуком дождя. Казалось, что Аллед только и делает, что стоит на месте, боясь издать шум.
Дверь была не заперта, приоткрыта, и Фелагс вошел без стука. Комната была больше, чем его, так как здесь жил не только Аллед, но и Мелззи: две односпальные кровати с потертыми ножками и лак на столике бросались в глаза даже при тусклом освещении. Все было изрядно поношенным и отжившим свое, но хозяева заметно старались сохранять порядок в старой каморке, шлифуя и подкрашивая отслаивающуюся краску стен.