Фелагс и Улрей выжидающе взглянули на Сирегвада. Старший мерценас же молчаливо покручивал усы, уперев вторую руку в колено, кажется, не обращая внимания на стража или стараясь этого не делать. Пока он обдумывал пересказанную битву, Улрей разглядывал Лиаттара с полным негодованием.
– Еще и тряпку на лицо напялил, – пробурчал он Фелагсу, подталкивая того в локоть. – Ты видел? Ему бы с платочком вокруг принцессы бегать да капли соуса на воротничке подтирать, а то еще лучше… Фрейлина!
Улрей красноречиво плюнул в воздух, и страж тут же отреагировал.
– Мерценас Грэз, оскорбление королевского стража грозит вам заточением в камере на трое суток без пропитания. Если я услышу подобные слова в свой адрес, то буду вынужден вас арестовать.
– Да пожалуйста! – бросил Улрей. – Нашел чем пугать. Вы старшего мерценаса лишили двадцати эссенций. Я-то без одной-двух как-нибудь переживу.
– Улрей, замолчи, пока я тебе не двинул, – вмешался Фелагс полушепотом. – Не хватало, чтобы и тебе такую прислугу наняли. Они пеленки менять не будут – скорее, заставят, чтобы они пригодились.
– Замолчите все трое, – спокойным басом прервал их Сирегвад. Он расслаблено уселся. – Я все думал над вашим рассказом, мерценасы. Говорите, у аурифов усилились рефлексы? Впечатляет, но теперь у нас появится еще больше проблем. В практике мерценасов такого еще не наблюдалось. Мы потеряли пятерых из-за одного аурифа, а это значит, что придется увеличивать количество солдат в отрядах и, более того, поработать над средствами боя и защиты.
– Тот отряд был достаточно подготовлен?
Фелагс отхлебнул из кружки чай. После применения заклинаний всегда мучала жажда.
Улрей, сложив руки на груди, косился на королевского стража.
– На достойном уровне, – уверял Сирегвад. – Я знал каждого из тех мерценасов. Их смерть – большая потеря для «Тесака».
Лоб старшего мерценаса напрягся.
– За годы моей службы мы редко несли потери. Для нас каждый бликзериец на вес «Искры», и мы вынуждены дорожить каждым. За несколько веков жизни на «Тесаке» наше ратное общество сумело выработать тактику боя с аурифами и смогло обучать молодых этому ремеслу. Создания Всеоблачности представляют опасность – с этим никто не желает спорить, но мы всегда в силах им противостоять. А теперь, что-то мне подсказывает, нас поджидают серьезные перемены.
Ротр нахмурился и замолк.
– Старший мерценас, аурифы приходят не просто так, – начал Улрей. – Все на «Тесаке» знают, что их пленяет человеческая вонь. Я просто хочу сказать, что у нас еще одна заноза – человек на поезде.
Фелагс нервно протер мокрое от дождя лицо полотенцем. Его друг оказался простым человеком, тем, кто по обыкновению притягивает опасность. Аллед. Фелагс думал о своем обещании, не сомневаясь, что оно останется нерушимым.
Что только делать с теми, кто попытается его друга уничтожить?
– Вы должны помнить, что этот фактор хоть и важный, но не единственный, – прервал размышления Фелагса старший мерценас. – На нападение аурифов влияет местоположение. До этого мы больше четырех лет придерживались северной стороны мироздания, и души в этом не чаяли. Холодный климат влияет на физическое развитие аурифов. На севере мы реже подвергаемся их нападению, ведь подобные погодные условия замедляют, а порой и останавливают их рост. Сейчас по приказу короля поезд движется на восток, и чем дальше мы летим к приемлемому климату для нас, тем выше риск, что аурифы будут нападать на «Тесак» ежедневно.
Старший мерценас, прочитав немой вопрос в глазах мерценасов, продолжил:
– Мы не можем оставаться на севере слишком долго. Энергетические запасы поезда не выносят морозов. Это и есть основная проблема бликзерии, – он кинул взгляд на побочные шрамы Фелагса и Улрея от заклинаний. – И это, по сравнению с малостойкостью бликзерии в холодном климате, еще ерунда. Из-за Всеоблачности вместо дождя там постоянно идет снег – причина внешних поломок. Наш поезд рухнет, если мы решим остаться на севере.