– Какая встреча, Морвех.
Фокусник понял, что скрываться не к чему. Морвех едва сдержал восхищенную улыбку. По телу мимолетно пронеслись мурашки, подобно тем, что возникают у азартного игрока, делающего рисковую ставку.
– Чего ты выперся?
– Хочу стать звездой вечера, раскрыть секрет Химеры или просто весело провести время – выбирай, что тебе нравится.
– Я не идиот, – Фавьер широко выставил зубы в лестной улыбке, дабы не вызвать подозрения у публики. Музыканты отвлекали толпу своими танцами и трюками. – Так и скажи, что ты хочешь испортить мне выступление.
– Меня оскорбляет, что честный и феноменальный фокусник такого дурного обо мне мнения, – Морвех саркастично изобразил обиженную гримасу. – Чем же я вас обидел, господин Химера?
Фавьер грубо сжал ему плечо. Морвех скривился и косо уставился на мужчину. Однако тот колебался. Напускная добросовестность знаменитого фокусника и его громкое имя покороблены.
– Слушай меня внимательно, шут, – произнес серьезным тоном Химера, собравшись с мыслями. – Когда я прочитаю заклинание и пущу искры, ты перебежишь к музыканту в синей шляпе. Я прикрою. Помощник спрячет тебя под переносным столом. Твое дело – сидеть в этом сундуке на колесах и не двигаться, пока я не вытащу тебя оттуда. Получишь взамен долю «Искр» от представления. Как тебе такое?
– Так вот оно как! Вот в чем заключался секрет фокуса исчезновения Химеры. Аурифский лжец! – последнее словосочетание Морвех прошипел с искренним злобным возмущением.
– Все фокусники – лжецы, – перебил Фавьер сдержанным тоном. – Заткнись и делай, как я тебе скажу. Это будут для тебя самые простые «Искры».
Фавьер же, привыкший, что бликзерийцы сделают все для валютных «Искр», пользовался этим в своих фокусах, гипнотически приговаривая, что это будет самый легкий заработок в их жизни. И они соглашались даже на одну «Искру» за молчание, лишь бы получить ее и поскорее положить к себе в карман. Однако Химера знал, что Морвех не так уж и прост и предложил ему целую долю. Но выстрел фокусника прошел мимо. Химера бы тотчас сдался окончательно, будь в курсе того, как Морвех за день до этого пустил в оборот около сотни переваренных с водой эссенций.
– Весь заработок – мой, – без шуток сказал эссенцер.
– Да ты никак спятил! Тебе своего богатства мало?
– Весь доход – и я делаю все, что ты сказал, – так же уверенно шептал Морвех. – Иначе я останусь на месте. Поверь, я твоей магии не боюсь.
Фавьер, задетый намеком на то, что его успех лишь мнимая оболочка, заходил желваками. Если бы он знал, что много-много веков назад по лесам его мира бегали некие волки и впивались клыками в длинноухих беззащитных зайцев, то непременно сравнил бы себя с хищником. Сравнил до встречи с эссенцером. Ведь прямо сейчас кроличий хвост непременно бы задрожал.
Однако книг по зоологии он не читывал. Фавьер даже не думал себя с кем-либо сравнивать. Его мысли были заняты тем, что он отдаст вечерний заработок непереносимому врагу.
Губы его задрожали, нарываясь выпалить проклятье:
– Идет.
Поджидавшая толпа уже жаждала фокусов. Все было сделано на высшем уровне: под яркий всплеск завораживающих огоньков Морвех скрылся в спрятанном сундуке, а Химера с совершенно пустым лицом взмахнул руками. Пока музыканты бегали по залу и собирали «Искры» от публики, Фавьер лишь искоса поглядывал на ютившийся в углу столик.
Морвех скорчился зародышем в лоне матери. И смеялся. Смеялся как сумасшедший, так, что грудь его взымалась под каждым всплеском хохота, растворяясь в шуме «Маневра».
3
Морвех высунулся из столика после стука. Эссенцер, выпрямляясь, потянулся – кости затекли. Он затянул косынку и оглянулся: небольшая, но богато обставленная комната больше напоминала убежище из-за наставленных раскладушек и разбросанного тряпья. Рядом с эссенцером стоял и хозяин жилья.
– Сядем за стол переговоров?
– Мне не о чем с тобой говорить, Фавьер, – прыснул Морвех. – Отдавай обещанную долю – и мы в расчете. Рассчитаешься со мной за тот вечер, когда ты решил меня ограбить.
Фавьер плюхнулся на стул. Он был коренастый, немного сгорбленный бликзериец. Морвех знал его, как владыку клана воров «Тесака», заправляющего всеми ограблениями на поезде. Своим проворным умом он смело держал это почетное место, долгое время хорошо скрываемое среди сообщников. Настолько хорошо, что даже старик Ро, который однажды принял его в ученики, понятия не имел, что на «Тесаке» существует целая группировка бандитов.