– Как там Морвех? Не думает меня навестить?
– Он не в духе. Не думаю, что он сможет нам помочь в ближайшее время. Представьте себе, он нанял в охранницы Мелору Видс.
– Моего мерценаса? После того случая с аурифом она явно свернула не туда.
– И это не вы ее отправили к нему?
– Растерзай меня аурифская стая, если я так сделал! С ней нужно быть внимательнее. Она хитра, как подвыпивший Гонец, и может выкинуть какую-нибудь штуку. Как только Муфь, без моего ведома, позволила ей шастать по лабораториям? Думается мне, Мелора подсунула ей липовое письмо.
Сирегвад хрустнул шеей.
– Вы мне так и не поведали, как вам удалось избежать эссенцерной ломки, командир.
Сирегвад снова потянулся и сел на кровать, покручивая усы.
– Мне помог один верный мне мерценас.
– Это вы его попросили?
– В том и дело, что нет, – с теплотой говорил старший мерценас. – И теперь, когда я выживу, тебе грозит опасность.
– Если вы хотите знать, боюсь ли я, то могу вас уверить в обратном, – Лиаттар недолго подумал: – Для вас, к слову, это тоже будет дело не из простых.
Старший мерценас взглянул на волшебный клинок.
Было кое-что страшнее смерти.
– Оттого я и ждал нашего разговора.
– Я слушаю вас.
– Есть бликзериец, который может быть нам полезен, Лиаттар, – начал Сирегвад серьезно. – Когда он попал ко мне в руки, я принялся взращивать в нем плоды, способные раскрыться в угоду нашему делу.
– Командир, нам не нужны прислужники, – тихо прервал его страж. – Нам нужны друзья.
– Ты не так понял, – улыбнулся старший мерценас. – Это единственный бликзериец, с кем мы в силах зародить крепкое товарищество, давшее свои плоды в будущем. Твой клинок хранит магию утраченного мира и много веков, в тайном складе библиотеки, ждал той поры, когда найдет нужного хозяина. И с бликзерийцем так же. Он, Лиаттар, как никто другой продолжит наш путь, если нас не станет. Вот, что главное: когда бликзериец узнает о нас, то все поймет непременно.
– Вы так уверены? – не скрывал сомнений страж.
– Его родители перед смертью вложили в него искру, которой горим мы, – признался Сирегвад. – Уверен, что он хорошо об этом помнит. Он не испугается, не побежит к Экипажу, не сойдет с ума. Нет. Он воспримет это, как королевский страж осознает долг перед ведущим вагоном. Прости меня за такое сравнение, Лиаттар.
Лиаттар усмехнулся, а Сирегвад захохотал в голос.
– Ошибаться больше нельзя, – вскоре дополнил старший мерценас.
Лиаттар прикоснулся к шраму под вуалью. Его взгляд похолодел.
– Я прошу тебя только присмотреть за ним. До поры до времени. Когда момент настанет, мы дадим ему верный знак.
– Так точно, командир, – они крепко пожали друг другу руки. – Я сделаю все, что нужно.
Оба заняли прежнее положение. Клинок еще некоторое время висел, но так же, как и в начале, сам повелевал собой: он запрыгнул в ножны и погас.
Сирегвад болезненно вздохнул.
– Страж, ты не передумал подкормить меня эссенцией?
– Помолчите, старший мерценас Сирегвад! Иначе я не сдержусь, и ваша ломка окончится сейчас же.
13. "ФАТУМ"
Моя Прима, моя дорогая и сердечная подруга! Только мы с тобой можем водить за нос, втирать очки, отводить глаза и надувать целый «Тесак» и все равно оставаться без пера под ребром…
Из письма Гонца хозяйке игорного вагона «Фатум»
1
Дождь бодро постукивал по вагонам триста одиннадцать лет четыре месяца и двадцать один день.
Сорок первый вагон считался игорным и носил название «Фатум». Фелагс никому не говорил о том, что последний год часто сюда заглядывал и успел раскусить часть системы главной азартной игры. «Колесо» (так она называлась) притягивало многих жителей поезда, которые не скупились проиграть свои эссенции. И Фелагс со временем втянулся, два месяца подряд уходя из «Фатума» с приличным выигрышем.
В игорный вагон, по признанным обычаям, наряжались в вечерние костюмы и для сохранения анонимности надевали маскарадные маски. У Фелагса для такого случая был подготовлен парадный темно-синий жилет с черной вышивкой плавных пересекающихся линий. В сейфе хранилась фигурная маска, сделанная из неровных сине-серебристых кусочков бликсидиана. Ее форма напоминала молнию.