Не успел Фелагс положить очередную «Искру» в карман, как рядом с его лицом пролетело что-то маленькое.
Сиреневая бабочка с многослойными крыльями одаривала его щеки легким ветерком. Лапки поджались к овальному тельцу, а передние почесывали завивающиеся усики. Когда на крыльях показался черный узор глаз, Фелагс убедился в своих догадках окончательно.
– Я всегда знал, что принц больше любит мерценасов, чем стражей, – он протянул руку к бабочке. – Спасибо, Ваше Сиятельство!
Бабочка прикоснулась к пальцу Фелагса и вскоре крохотные лапки так твердо стали держать мерценаса, что тот отпустил трубы. Насекомое, созданное бликзерией, подняло его в воздух и пронесло над несколькими вагонами. Когда Фелагс увидел Лиаттара, почти достигнувшего пятерку лидеров, он взглянул на бабочку, и та все тотчас поняла. Она опустила его недалеко от Лиаттара, так, что участники завопили о нарушении правил, но, увидев насекомое, тут же обиженно замолчали.
– Я перед вами в долгу, прекрасная бабочка.
Бабочка тряхнула крыльями так, что изображенные глаза моргнули. Насекомое исчезло, а мерценас, обгоняя нескольких участников, почувствовал прилив сил.
– Бабочка его Сиятельства – добрый знак, – отметил Лиаттар, когда Фелагс был за его плечом, – но это еще ничего не значит, мерценас.
– Зависть – порекаемое чувство, страж!
– Возможно, – вскоре сказал Лиаттар. – Каждый будет проверен тем, о чем настаивает.
Страж сделал два больших прыжка, а на третьем вытянул руку вверх. Сияющая принцесса пролетела над ними, подхватив Лиаттара и еще двоих учеников.
У стражей тоже был свой могущественный покровитель.
Фелагс не сдавался.
– По сорок первому вагону вода льет как из ведра, – Аллед дышал так, словно бежал вместе с игроками. – Жители болтают.
– И это не дождь, – промолвил Фелагс, отталкивая от себя наглого ученика-мерценаса.
– Из крыш бьют встроенные фонтаны! – Фелагс не знал, но Мелззи выглянула из своего окна через бинокль.
– Слушай, парень, отвали! – Фелагс схватил ученика за капюшон, нарочно преградившему ему путь. – Я свой – прекрати строить облавы. Цапайся со стражами!
– Стражи мне сто лет не годятся. Если я уделую мерценаса, как ты, – через большие передышки говорил молодой ученик, – то займу твое место, правая рука командира. Мне в мелкие пешки метить нельзя.
– Размечтался.
Фелагс обошел очередную сцепку, а отвлеченный ученик-мерценас споткнулся и скатился по стене на балкон. На сорок первом вагоне из разных мест ударили струйки воды. Фелагс перестал сомневаться в успехе такого препятствия, когда очередной фонтан шлепнул одного стража под подбородок и перевернул его навзничь.
Мерценас перепрыгивал увиденные им щели, пока не убедился, что фонтаны закончились. Вновь несколько эссенций оказалось у него в рукаве. На тридцать восьмом вагоне игроки, бежавшие рядом или позади, начали отставать – усталость подкосила их ноги. Фелагс также боролся со срывающимся из раза в раз дыханием, значительно сбавив темп, но догнать Лиаттара продолжало оставаться его заводной целью.
3
Был двадцать первый вагон, когда Лиаттар бросил взгляд назад и увидел знакомое лицо мерценаса. У Фелагса в запасе было двадцать девять эссенций, звенящих в его нагрудной сумке. Строй игроков стал реже, и на вагонах появилось больше места. Кровь прилила к их щекам, но губы были иссохшими и бледными, напоминая жухлую луковицу. С волос и одежды стекали капли ливня, извергающийся под гнетом небесных раскатов грома.
Один грохот отличился. Фелагс рефлекторно посторонился, когда в мощном прыжке рядом с ним начал притормаживать взъяренный Воррнав в мерценасских штанах, надетых шиворот-навыворот. За него держался Улрей, и у обоих глаза пылали задорным пламенем.
Стражи и мерценасы, бегущие со всех сторон, вскрикнули. Воррнав тотчас одолел сразу двоих подножкой.
– Вы спятили? – Фелагса не столько удивляло, сколько смешило поведение мерценасов. – Вас же уже, считай, лишили права участия за такие проделки. Воррнав, а ты, по-хорошему, не стартовал со всеми!