жимая мою руку и успокаиваясь окончательно. - Мы выяснили, что корабли коллекционеров и жнецы используют систему распознавания "свой-чужой", которая передает данные на ретрансляторы. Это объясняет, как они преодолевают защитные рубежи на обратном пути к базам. Меня вдруг осенило, что бывает не так уж часто. - Тёмные переключатели, - пробормотал я. - Прости? - не поняла Шепард, знакомо изогнув бровь и тем самым сигнализируя, что вернулась в своё привычнее состояние духа. - Тёмные переключатели, - повторил я. - Помимо квантовых щитов и векторных датчиков, в ретрансляторах также были обнаружены вспомогательные устройства, тёмные переключатели. Их назначение не до конца ясно, в отличие от остального. Вообще принято считать, что они каким-то образом могут преобразовать первичный ретранслятор, имеющий только лишь фиксированное сообщение, во вторичный, у которого нет фиксированного сообщения, то-есть способного перемещать массу до любого другого. Но, не исключаю, что это всё бред. Если ты сказала, что система жнецов позволяет преодолевать защитные рубежи, то, полагаю, тёмные переключатели могут быть с этим связаны. - Я люблю твои мозги, - незамысловато прокомментировала Шепард мою лекцию, жадно поедая взглядом. Я смущённо кашлянул и поскрёб заросшую щетиной щёку, не представляя, как отреагировать на это заявление. - А Призрак, кстати, как обосновал свою подлянку? - вспомнил я о предательстве, которое чуть не погубило нас во второй раз. - Да никак, - буркнула Джейн. - Всё во имя миссии, чтобы победить жнецов, поэтому я и воскресил тебя, бла бла бла. Мудила. - Его зовут Харпер. Джек Харпер, - уточнил я, но Шепард отрезала: - Мудила. В компанию к Удине его в самый раз, как раз рифмуется. - Не сглазь, - пробормотал я. Само предположение о том, что ещё и Удина может быть во всём замешан, вызывало короткое замыкание в моих извилинах. Впрочем, сейчас посол был вне игры, пока Андерсон вяло изнывал от жалости к себе, сетуя на проклятую бюрократию, демократию и прочую братию. Шепард помолчала, задумчиво и неловко поскоблила ногтем простыню, а затем смущённо уставилась на меня. - Не надо больше так, - тихо попросила она. - Я не умею водить корабли, без тебя тут всё загнётся. Я хотел было возразить, но понял, что это бесполезно: она найдет тысячу аргументаций, почему ты должен быть именно на Нормандии. А я не имел никаких возражений по этому поводу. - Прям как в старые добрые... да? - пробормотал я, утопая головой в мягкой подушке. - Не думай, что сможешь удержать меня в своей постели надолго. Всё равно от меня сейчас здесь... толку мало, - выдавил я из себя нервный смешок. - Да, да, я знаю, - Шепард смахнула какую-то соринку с моего лба и прибрала намокшие волосы, не стыдясь больше своей привязанности ко мне. - Помнишь доктора Чаквас? Я заинтересованно уставился на неё, чувствуя, что если буду продолжать здесь нежиться, опять провалюсь в сон. - Без Джокера мы эту птичку не поднимем, нееет, - дразняще протянула Шепард, цитируя заботливую Карин, а затем поднялась неохотно, бросая на меня долгий взгляд. - Эй, Джейн, - вдруг окликнул её я, когда капитан уже стояла на пороге каюты. Шепард обернулась заинтересованно. - А ты знаешь, на Земле... есть такие шишки, которые раскрываются только при лесном пожаре... - Ты бредишь, - ласково ответила она, исчезая за дверью. И оставила меня одного, устремившись вершить свои маленькие, но немножко геройские дела, в процессе коих обильно поливала бальзамом усталые души нашего маленького, но очень гордого клана. Впрочем, я не был намерен торчать здесь, невзирая на все увещевания капитана и доктора, поэтому, осторожно поднимаясь, я огляделся, разыскивая рубашку и что-то, на что можно было бы опереться. У аквариума стояла длинная палка, которой, возможно, Шепард чистила его или кормила рыб: неудобно, но терпимо. Успокоился я только тогда, когда оказался в БИЦе. Пока я ковылял, неуклюже опираясь на импровизированную трость, в сторону законного и любимого кресла, экипаж как-то странно поглядывал на меня: не то с удивлением, не то с каким-то восхищением - этого я так и не смог понять. Впрочем, чьё-то одобрение для выполнения работы мне не было нужно. И все эти взгляды вызвали в моей памяти не радость, но лишь болезненное воспоминание об академии, где такую реакцию со стороны окружающих воспринимаешь, словно пощёчину. Сузи возникла лишь на секунду: мне показалось, что ИИ укоризненно взирает на меня, хотя конечно же у шарика не было глаз. Но как-то я уже научился различать её эмоции, несмотря на то, что она была всего лишь компьютером. - Ну? - не выдержал я. Сузи моргнула один раз, а затем исчезла, являя своим существованием всю красоту неисповедимой женской логики. Я спешно проверил курс, который она проложила, когда понял, что в рубке пилота есть кто-то ещё. Не поднимая головы от мониторов, я хмыкнул: - Принесли больному апельсины?.. Скользя по блестящему полу, словно танцуя, из тёмного угла рубки выплыл дрелл. Заложив руки за спину, Тейн слегка поклонился мне, изящно взметая полы своего длинного плаща. Я не удержался и ответил кивком, хоть это и вызвало слабый укол боли в повреждённом боку. - Моё почтение, Силахо, - поприветствовал меня дрелл. Я в недоумении воззрился на него. - Это ты меня так обозвал сейчас? - поинтересовался я, но Тейн мягко улыбнулся, покачав головой. - Нет, - прохрипел он и зашёлся вдруг в сильном приступе сиплого кашля, прикрыв лицо ладонью. Я не решился спрашивать, чем он болен, поэтому лишь промолчал, терпеливо дожидаясь, когда он придёт в себя. - Нет, - снова сказал Тейн, кашлянув в последний раз. - Ты - Силахо, Танцующий-с-Ветром. - Здорово, - выдавил я, не отрывая от дрелла испытующего взгляда. - Танцующий-с-Ветром путешествует по небу с Раем по правую руку, Адом по левую и Ангелом Смерти позади. Сайада описывает так Силахо, - тихо сказал Тейн, кладя руку на спинку моего кресла. Я кивнул ему, понимая, что традиционные шутки прозвучат в этот момент слишком неуместно. Потому я сказал то, что счёл уместным: - Спасибо. Ассасин поклонился мне ещё раз, а затем растворился беззвучно, слабым дрожанием воздуха отмечая свой путь по коридору. Я задумчиво потёр подбородок и подмигнул одной из самых ярких звёзд, что пульсировали где-то далеко, в миллиардах световых лет от меня, служа мне ориентиром - не дорожным, но ориентиром для самой моей сути. - Я - Силахо, - пробормотал я, а затем мысленно обратился к жнецам, ждущим где-то там же, где мигали мои звёзды. - Берегитесь Силахо, ублюдки. И довольно кивнул, зарываясь носом фрегата в молочную пенку очередной туманности.