тором без фонаря и поллитры ничерта не разберёшь. Я-то в это врубаюсь как раз. Если человеку надо, он и фонарь раздобудет, и поллитрой запасётся. А в идеале - не понадобится ему ни того, ни другого, потому что изначально те же принципы, и те же морали. Из того же источника, к тому же. Я умею быть самостоятельным. Я умею не есть неделями и спать там, где упал. Я умею жить один, без людей, кошек, экстранета, электричества и горячей воды. Я умею. Просто смысла не вижу. Мне многие намекали: да забей ты на это всё, забей на неё и вообще на всех, живи и не забивай себе голову этой ерундой, будь как все. Брось всё это, если у тебя ноги отваливаются и дышать по утрам нечем, уходи в обычную гражданскую жизнь, заведи себе попугайчика какого-нибудь и смотри целыми днями, как корабли уходят далеко. Я смеялся. Врубитесь, родные, что я жить умею, и это всё не с потолка взято! Это мои грёбаные тридцать лет жизни, которые я прожил так, что лет с тринадцати год за два шёл. Это вы мне будете диктовать условия и правила, вы, чистенькие домашние детки, которые до сих пор в обморок падают при мысли, что родители увидят вас с сигаретой, несмотря на то, что давно совершеннолетние? Хватит сил - признай меня равным. Не хватит - найди мозги признать меня сильнее. И все будут довольны. Я тоже могу признать кого-то сильнее себя, и меня не выломает, если это реально так. Но меня очень сильно выломает, если какая-то очередная домашняя сопля, улюбленная родителями до посинения и почти полной потери свободы воли, будет считать себя сильнее. Я привык обходить такое дерьмо, зажав нос, и отвернувшись. Привет, я в Аду, здесь бесконечное поле с граблями. Бегаю тридцать лет, от скуки коллекционирую грабли одного размера. - Выглядишь хуже, чем тот гет. У него хотя бы баги системы дыркой в корпусе обоснованы, в отличие от тебя. Я мрачно поднял голову и встретился взглядом с подозрительно жизнерадостным Гаррусом, набадяжившим себе не менее подозрительного чая в гигантскую кружку с надписью "Я люблю Землю". Он оттянул мне один из наушников и буквально кричал в ухо, чтобы его было слышно: хардрок - не самая тихая музыка. Я фыркнул. - Я могу позволить себе побыть в депрессии, в конце концов? - раздражённо заявил я, с сожалением выдёргивая голову из огромных наушников на строчке песни "Без колебаний пропью линкор, но флот не опозорю". - К тому же, ты выглядишь смешно. - А! - Гаррус улыбнулся и быстро сел напротив меня, сложив лапы на столе и вперившись в меня хищным птичьим взглядом. - Понял, кажется. Знаешь, почему у нас эти человеческие заморочки не очень приняты?.. Потому что всегда найдётся тот, кто тебе морального пропиндона вставит. Я недоверчиво уставился на него: - Это как? Турианец приосанился, его голос внезапно изменился, став твёрже и чётче - примерно так Гаррус звучал, когда притворялся капитаном Нормандии: - Вы, юноша, искренне считаете, что "да я один такой, кто меня поймёт, они все идиоты, им-никогда-не-понять-всех-моих-переживаний-и-чуйств". Я снова фыркнул. - Я конкретно ничего не считал, - я скорчил рожу. - Я уфе бальфой и писаю в горшок сам! - Я спросил определённо и без пафоса, - отбрил Гаррус. - Ты ведь считаешь себя взрослым человеком, способным принимать решения и нести ответственность за их последствия? - Ну, - буркнул я. - Считаю, конечно. А к чему это?.. - Если "Да", то прими как факт: ты - унылое говно, - просто отозвался турианец и откинулся с самодовольным видом на спинку стула. Я начал закипать: - Не понял? Гаррус издал жёсткий курлыкающий звук, который я обозначил как тягостный вздох. - Взросление - процесс мучительный, хуже родов. В них ты, по крайней мере, активного участия не принимаешь, - принялся пояснять он свой наезд на меня. - Весь этот наигранный пафос в мыслях и стремление казаться свойственны детям. Услышав эти слова, я вдруг испугался, что Гаррус каким-то образом смог прочитать все те мысли, что я прокручивал в себе до его прихода. Но потом я понял, что он, вероятно, действительно просто угадал. - И раз уж решил быть взрослым - брось пить и мандражировать, - продолжал Гаррус настолько тихим голосом, что мне невольно пришлось вслушиваться, чтобы понять его. - Совсем. Потому что ещё не заработал усталости, которую надо этим снимать. А когда начнёшь испытывать - подумай, нуждаешься ли ты в этом. Потому что тебе, наверное, кажется, будто этим видом ты демонстрируешь свою независимость, но на самом деле ты просто смешон в такие моменты. Чем скорее ты это поймёшь, тем будет лучше для тебя. - В какие это "такие"? - вскинулся я, ошарашенный моральной трёпкой со стороны всегда вежливого, обходительного и скромного турианца. - В такие, как сейчас. - Слушай... - я потёр переносицу, сморщившись. - Я независимость не демонстрирую, скорее накопившаяся обида, выместить всю не хватило вчера. Человек ведь слушает да ест... - ...А потом его рвёт, - не дал мне договорить Гаррус. - Просто прими на веру. То, что у тебя есть - это не усталость, это утомление. Усталым себя чувствовал я, когда отпускал Сидониса, положившего весь мой отряд на Омеге, пока я ещё был Архангелом. Усталой себя чувствует Шепард, потому что слушает всех, но никто не выслушивает её. Но у тебя просто утомление. Что же по поводу того, как ты стресс снимаешь... Никто тебе косяк в рот не вставляет и спирт через клизму не вливает. У моих друзей были случаи именно такие. Когда привязывают к креслу и колят. Хочешь? Он прищурился. - Тогда вперёд. Я не знал, что ответить на это. - Хочешь, опытом поделюсь? - предложил турианец. Я осторожно кивнул, чувствуя себя каким-то очень маленьким. Гаррус прикрыл глаза, будто вспоминал что-то, сделал огромный глоток чая и тихо проговорил: - "Друг" может подставить куда круче чем посторонний человек. Испытано, увы. - Но лучше отсеивать друзей, чем послать сразу всех из-за неверия, нэ? - возразил я неуверенно. - Иначе иглы в жопе будут прибавляться и прибавляться... - Лучше всех послать с указанием причины и увидеть, кто всё равно остался неподалёку, - ответил турианец. - И потом снова включить этих людей в ближний круг, извинившись. Так будет лучше для всех. Тот, кто тебя ценит - поймёт. Я задумчиво поскрёб щетину, но смог выдавить из себя лишь одно слово: - Спасибо. Гаррус залихватски подмигнул, бойко вставая и потягиваясь на ходу, будто довольный кот: - Будет нужен направляющий пендель - свисти, - бросил он мне на прощание. - Только не обращайся слишком часто, к хорошему быстро привыкаешь. - У меня уже начинается комплекс вины, - проныл я, но всё же понял, что чёртов турианец смог поднять мне настроение. И показать себя с такой стороны, которую до сих пор тщательно скрывал. И - нет, я не об интимной зоне. Не хочу даже знать, как там у них всё устроено... Когда я поднялся со стула и пошарил по столу, нащупывая валяющуюся где-то в луже декстроаминокислотного чая кепку, я обратил внимание на то, что воздух у дальней стены чуть заметно задрожал. А затем, сбрасывая маскировочное поле, показался и весь Криос, смущенно покашливающий в кулак. - Я понял, как ты шутками помогаешь людям, - без предисловий сказал он, не дав мне даже вставить какую-нибудь дежурную обличительную фразу. - Суть не в чем-то особенном. А в том, что грустный человек, который получил немного позитивных эмоций, не станет резко веселым. Нет, это невозможно. Но во время этой отдушины он сможет попробовать побороться со своими недостатками. Хотя бы с одним из многих. - Даже над помойкой светят звезды, - пожал плечами я, избегая встречаться с ним взглядом. Все эти мысли и разговоры окончательно выбили меня из колеи. Теперь я начал чувствовать, что меня не только Шепард - что меня пытаются "лечить" все на этом корабле. И вдруг до меня дошло, что это всё чертовски смахивало на сговор. Впрочем, времени на обдумывание этого не было: Сузи сообщила, что мы входим в систему Море Ураганов. Я решил, что после этой миссии последую совету Гарруса и поговорю серьёзно с Шепард. *** - Ещё раз, что именно мы должны искать? - Шепард расхаживала по рубке пилота, вальяжно заложив руки за спину. Проклятый гет припёрся за ней прямо сюда. По этому поводу я попытался устроить истерику, но суровый взгляд капитана и съехавшее с катушек кресло, которое начало крутиться как бешеное под чутким руководством Сузи, не дало мне взбаламутить обстановку. Я вёл себя спокойно, пока робот находился в серверной, хоть и был против его присутствия на корабле вообще. Но уж здесь я его терпеть был не намерен. - Еретики - это геты, подчиняющиеся Жнецам. Они создали вирус, который, будучи запущенным в наши системы, запрограммирует нас на враждебное отношение ко всем органическим формам жизни, - проскрежетал гет за моей головой. Я поморщился. - Шепард-коммандер, - он издал какие-то странные щёлкающие звуки, - мы подготовили собственный вирус. - Но ведь геты уже заражены вирусом? - переспросила Шепард. - Фигурально: у еретиков положение 1.33382 изменено на положение 1.33381, что приводит к изменению всех высших процессов. Органическая форма жизни представляет для еретиков угрозу и предмет для уничтожения. Если мы сможем переписать это значение, еретики перестанут быть еретиками. Они вольются в нашу единую систему и прекратят войну с органиками. Кажется, капитан задумалась. Меня предложенная гетом перспектива совсем не радовала. Нам одного достаточно, зачем нам много?.. - Что ты сам думаешь об этом? - вдруг спросила капитан. Кажется, робот пришёл в некоторое подобие замешательства. - Нет "моег